Хорошие новости! Авторизация Регистрация Наш Форум Герои Футурамы Рейтинг персонажей Содержание серий Актёры в Футураме Интервью Фильм-о-рама Языки инопланетян Мультики на экранах Как их рисовать
ФанАрт СканАрт Фанфики ФанМузыка ФанВидео ФанКомиксы Поделки Фанов Сценарии серий ФанВидео старое ASCII картинки Соревнования Обои для рабочего стола Флэш-анимация Игры для ПК Статьи
Баги в Футураме Разные видеоролики Сценарии эпизодов Время до Футурамы Иконки для WinXP DVD менюшки Шрифты Для игр Кэти Сэгал | Лила Лила и спорт DVD с Футурамой Почтовые марки Разные картинки Другие дизайны English Navigation Bar Архив новостей Сайты о Футураме О нашем сайте
Parts78.com - автозапчасти на заказ по низким ценам в Санкт-Петербурге (812) 970-02-28

Бендер Лила вернулась... Ну а мне какое дело... (212)

Знаешь всю Футураму наизусть? Проверь свои знания! Игра "Угадай цитату"!

Фанфики

Мечтать бывает вредно


Автор: Inf_guard
Опубликовано: 18.06.2010


Но разобьются зеркала

Наивных детских впечатлений.




И вновь душа начнет свой путь

По лабиринту отражений.




И мы увидимся лицом к лицу.


Пролог: Забытые монастыри.

- А теперь, уважаемые экскурсанты, обратите внимание направо. – Голос робота-экскурсовода, весёлый, заинтересованный и совершенно фальшивый, был отчётливо слышен всем: в древнем коридоре оказалась на удивление хорошая акустика. – Именно здесь монахи высшего посвящения проходили выпускные экзамены. Только один из двадцати проходил эту комнату до конца, остальные умирали мучительной смертью. Затем следовало последнее испытание, где требовалось убить тринадцать младших послушников с автоматами и бердышами. К сожалению, этот зал мы вам не покажем, он был разрушен авиаударом в 1576 году.

Большая туристическая группа, почти целиком состоящая из чужих, замерла перед загораживающей проход декоративной цепью. На металле были тщательно прорисованы пятна ржавчины, чувствовалась рука умелого дизайнера. За цепью располагался большой зал, словно списанный с дешёвого боевика – качающиеся на канатах валуны, летающие от стены к стене стрелы, столбы яркого пламени и прочие киношные эффекты.

- А что находится слева? – подал голос кто-то из задних рядов. Когда все обернулись, над группой пронёся вздох разочарования – на противоположной стороне коридора за такой же цепью не было ничего интересного. Просто хаотично нагромождённые манекены грубой работы, похожие на огромные деревянные куклы. Немного странным было лишь разнообразное оружие у них в руках, заточенное и отполированное до блеска.

- Это всего лишь полигон для подготовительной группы монастыря. – Быстро пояснил экскурсовод. – Здесь самые младшие отрабатывали удары на тренажёрах, пока им было ещё рано драться друг с другом. А далее по коридору у нас банкетный зал. Прошу за мной… – Робот был собран на базе 1-X, потому использовал прогрессивный антиграв вместо ног или колёс. Плавно покачиваясь в воздухе, экскурсовод поплыл дальше, монотонно повествуя о фуршетах и приёмах, которые проводились в монастыре.

Группа, сверкая вспышками фотоаппаратов, перебирая ложноножками и размахивая щупальцами, двинулась вслед за ним. Никто не обратил внимания на то, что трое экскурсантов так и остались в зале.

- Лила, не отставай, там сейчас,  мне кажется, самое интересное будет. Бендер, тебя это тоже касается. – Стоя вполоборота и явно собираясь в любой момент двинуться за уходящей группой, Фрай смотрел на не слишком-то спешащих друзей.

Бендер стоял перед намертво приваренной к стене алебардой и явно примеривался, как за приемлемое время её снять, а также – каким образом он будет выносить этот раритет отсюда. Но это было в порядке вещей, а вот Лила вела себя необычно. Она так и осталась стоять перед тренировочным залом, с презрением глядя на камни и шипы. Поняв, что на призывы она не реагирует, курьер подошёл к девушке, собираясь действовать более примитивно – просто встряхнуть за плечо. Впрочем, сделать этого он не успел – в последний момент Лила повернула голову на звук его шагов и тихо сказала:

- Дальше идите сами. Я вас у входа подожду, развлекайтесь без меня.

- Прости, я не понимаю. – Фрай в растерянности потряс головой, потом обвёл рукой зал. – Но ведь именно ты вытащила нас сюда. Лила, ты же мечтала об этой экскурсии последние три месяца, если не больше. Шаолинь, колыбель боевых искусств, - он явно пытался подражать её тону, но быстро сбился с мысли, - памятник чему-то там, я не запомнил… Что я упускаю?

- Что у неё кончился заряд, что-то стукнуло в голову, и теперь она хочет уже чего-то совсем иного. – Прокомментировал Бендер спокойно, с лязгом копаясь в недрах грудного отсека, надеясь отыскать автоген. – Это вообще характерно для белковых. Вы не можете управлять своими инстинктами. Не то, что мы…

- Да успокойтесь вы оба. Всё со мной нормально. – Она топнула ногой, резко тряхнула «хвостом». Фрай отметил, что хоть Лила и разозлилась, но, похоже, немного пришла в себя. – Просто если в следующем зале рядом с этими всеми цепями, камнями и прочей театральщиной появятся поющие суслики – мне просто станет плохо.

- Суслики? – Переспросили друзья в один голос, быстро переглянувшись. Фрай тут же положил руку девушке на лоб. – Жара вроде нет…

- Да всё со мной в порядке! – она быстро сбросила его ладонь, добавила с раздражением: Для тех, кто за бронёй, намёк потолще. Если бы тут из каждого угла играла песни «Китобои Шаолиня», я бы ушла намного раньше.

- Так, а причём здесь Луна-парк? – теперь дошло даже до курьера. – Там была полная чушь, но здесь всё, вроде бы, по правде, как и должно быть. Похоже, по крайней мере.

- Похоже? Да это балаган! Цирк для туристов. Может быть, я купилась на подобное в Луна-парке, но тут уже моя стихия.  Это, - она указала на летающие булыжники, - мишура, не имеющая отношения к реальности. Самыми сложными здесь являются как раз эти манекены, они и предназначены для серьёзных тренировок. – Произнесла она тише, подходя к ограждению.

- Это же просто куклы. – Фрай скептически оглядел беспорядочно стоящие фигуры из потемневшего дерева. Бендер заявление никак не прокомментировал, вернувшись к решению более важного вопроса «чего бы ещё украсть?».

- На первый взгляд. В реальности это механизмы, предназначенные для сдачи экзаменов. Как ты любишь говорить: не нужно недооценивать прошлое. Можно сказать, что это киллботы четырнадцатого века. – Услышав это, Бендер оживился и соизволил обратить внимание на людей. – Знаешь, я ведь куда дольше мечтала сюда попасть. – Произнесла Лила негромко. – Не знаю, на что я надеялась... Может, что удастся пройти через этот лабиринт, или что я хотя бы смогу поговорить с кем-то из учителей. Но теперь я вижу – тут ничего не осталось. Всё ушло, что было раньше, теперь это просто аттракцион для туристов. И мне здесь делать нечего.

- Зачем же так категорично? – Фрай улыбнулся, серьёзность капитана его явно забавляла. – Сама видишь, кое-что ещё сохранилось. Вдруг, они и сами не понимают, какие вещи оставили под боком. Ты ещё можешь пройти мимо этих деревяшек, если так уж хочется.

- Интересно, каким же образом? Тут ограда, камеры, туристы...

- Элементарно. Так же, как ты сделал для меня. Надеюсь, всё это не закончится подобными приключениями... Хотя, ведь весело было? – Он без проблем снял бутафорскую цепь. Затем Фрай попытался не слишком изящно изобразить поклон, но потерял равновесие и, уронив цепь, с трудом устоял на ногах. Ожидаемого оглушительного звона не последовало, фальшивые звенья с тихим стуком пластика упали на яркий мозаичный пол. Будто так и было задумано, парень театрально указал рукой на манекены. – Прошу. Других групп тут нет, а камеры Бендер отвлёк почти сразу. Пообещал свидание каждой из них, представляешь?

- Правда? – Лила удивлённо перевела взгляд на робота.

- Не ради тебя, глазунья, не надейся. Просто столько всяких железок по стенам развешено, хоть прямо здесь устраивай аукцион. Чёрт если бы я знал...

- Ну что, ты идёшь? – Напомнил Фрай. – Или нагоним группу?

Ответить она не успела. Издав короткую трель, коммуникатор Лилы принял звонок и тут же включил громкую связь. Очевидно, кто-то над ним заблаговременно поработал именно для такого случая. И тот факт, что Фарнсуорт начал разговор без предисловий наводил на определённые размышления.

- Так, вы, трое, прибыть на место и забрать груз через пятнадцать минут!

- Но... – начали они одновременно.

- Никаких «но»! Вы и так постоянно шляетесь неведомо где. Единственный раз мне понадобился корабль – вас нет. Немедленно сюда.

- Вы же сами подписали нам отгул! – Лила сумела вставить слово.

- Чушь! Последний раз я подписывал кому-то отгул в две тысячи восемьсот... неважно, в общем, вас ещё и в проекте не было.

- Я был... – Попытался влезть Фрай, но Лила не глядя щёлкнула его по носу, чтобы не вклинивался в важные разговоры.

- Мы сейчас находимся посреди Китая! – Бендер нашёл подходящий аргумент. – Так что извини, старик, давай завтра. А лучше на следующей неделе. Адиос.

- Если вы не будете здесь через двадцать шесть минут, я отключаю ваши чипы, и вы на положение нелегалов. А автопилот подгонит корабль сюда. Придётся добираться в Новый Нью-Йорк, прячась в лесах и партизаня. Потом расскажете.

- Ладно, мы прилетим вовремя. – Она дождалась, пока Фарнсуорт прервёт связь. – Похоже, дедушка опять в маразме, но нам от этого не легче. Идём. –Лила шагнула к выходу, потом оглянулась на ряды манекенов и уточнила: Через минуту.

Она прыгнула к ограде, вторым прыжком перескакивая через лежащую на полу цепь. Фрай только успел крикнуть Бендеру: «Пиши видео, осколок «Скайнет», я тебе всё оплачу!». Стоило ей коснуться пола, как что-то тихо щелкнуло, и ближайшие деревянные фигуры пришли в движение. Лила мгновенно присела, пропуская над головой свистнувший меч, прямо из этого положения прыгнула вверх, уворачиваясь от массивной булавы. В прыжке она оттолкнулась ногой от одного из манекенов и, перевернувшись в воздухе, приземлилась в самой гуще этой толпы истуканов, тут же усердно попытавшейся порубить незваного гостя на куски.

Фрай смотрел, боясь вздохнуть, а Бендер, судя по доносившемуся бормотанию, явно болел за манекены. Впрочем, исправно всё писал. Курьер понимал, что если всё окончится хорошо, потом нужно будет смотреть запись в замедлении, сейчас он мог различить только размытый фиолетовый вихрь, кружащийся среди мелькающих клинков и молотов. Он уже не рад был, что согласился ей помочь, всё это выглядело слишком рискованным, он не на шутку боялся, что в любой момент свист рассечённого воздуха может прерваться звуком удара. Казалось, это длится уже несколько часов, но в реальности с её первого прыжка не прошло и пары минут. Видимо, решив, что она доказала себе всё, что хотела, девушка подскочила вверх, оттолкнулась от руки какого-то манекена, и с плеча другого прыгнула за ограждение. Перевернувшись в воздухе, она приземлилась на ноги.

Довольно улыбаясь, Лила быстро развернулась на месте, махнув слегка растрепавшимся «хвостом», и чётким шагом направилась к выходу. По пути она благодарно кивнула Фраю, усмешкой оценила неудачные попытки Бендера оторвать алебарду от стены и жестом приказала обоим следовать за ней. Переглянувшись, подчинённые направились за своим капитаном.

Эпизод 1.

Мог играть и без струны – дескать, вывезет кривая!

И терпеть не мог войны, потому что убивают.

- Так, ну что тут такого срочного, что вы подождать не можете, а? – Сходя по трапу Лила сразу высказала, то что было у неё на уме, не собираясь тратить время на лишнюю тактичность. Тем более что открывшаяся ей картина никак не свидетельствовала о спешке.

Гермес лениво штамповал документы, тут же передавая их Зойдбергу на измельчение клешнями – тот временно играл роль шредера, светясь от своей нужности. Эми наводила макияж, сидя перед запасным фотонным отражателем для корабля – зеркало три на пять метров, чего ещё желать? А главный возмутитель спокойствия возился у какой-то очередной громоздкой и нелепой установки, меланхолично напевая: «я расщепляю атом, атом расщепляет меня...»

- О, а почему вы так рано? У меня ещё два часа на настройку уйдёт. – Профессор соизволил обратить внимание на прибывшую команду. Он даже отвлёкся от своей работы. – Гуляйте пока, и не отвлекайте меня...

Идущий следом за Лилой Фрай успел прикинуть, сумеет ли он удержать своего капитана от попытки прибить старика, но она сама оказалась способна удержать себя в рамках. Хотя взглянуть ей в лицо курьер сейчас не хотел бы.

- О Господи, ну когда, когда мы будем работать согласно закону и профсоюзным нормам? С нормальной зарплатой и страховкой, в человеческих условиях?! Я, наверное, не доживу до этого дня. Что это за самогонный аппарат и куда мы должны его везти? – Последний вопрос задан предельно равнодушно. Бендер и Фрай переглянулись. Они знали Лилу достаточно, чтобы понять – если путь займёт больше суток, то насилия не избежать. Но профессор, похоже, не заметил угрозы своей жизни. Ответил он с искренним энтузиазмом:

- Твои мечты могут вскоре осуществиться, Лила. – Не обращая внимания на ошарашенные взгляды команды, он пояснил: Это гравитационный транслятор, он переводит речь в гравитационные импульсы, и вы должны доставить его на Планету Мечты, на это уйдёт часа четыре. Назад можете не торопиться, главное доставить за сегодня – у них намечен эксперимент.

- Я с ними! – Эми, Зойдберг и Гермес одновременно бросились к кораблю.

- Стоять! – Крикнул Фарнсуорт, вскакивая с места и хватаясь за ближайший рычаг, торчащий из транслятора. Гравитационный всплеск вбил одно из кресел в стену, все присутствующие замерли на своих местах, боясь пошевелиться. – Поговорите у меня. Солнце ещё высоко, так что работаем, а не летаем прохлаждаться за казённый счёт.

- Профессор, ну вы прямо крабовладелец... – обиженно проскулил Зойдберг, но развивать тему не стал.

Все трое членов экипажа удивлённо посмотрели на коллег. Такое единство и энтузиазм наводили на подозрения. Потом Лила что-то припомнила:

- Ах да, это же было в тот раз, когда нас уволили, и летали вы трое. Да что же там такого на этой планете?

- Там сбываются все мечты. – Пояснил Фарнсуорт, отходя от прибора. Все вздохнули с облегчением. Гермес и Зойдберг проявляя редкое единодушие начали боком двигаться за спину профессора, явно намереваясь отрезать его от опасного прибора. – Никто не знает – как и почему. Но известно: стоит лишь сойти с корабля на поверхность планеты, и ты увидишь и переживёшь всё, о чём когда-либо мечтал. Сами понимаете, планета пользуется спросом среди всяких восторженных идиотов, которым лишь бы почувствовать себя властелином галактики, повелевающим толпами монстров, порабощающим миры и превращающих жителей в боевых супермутантов, чтобы... Так о чём это я? Да, точно, мы – учёные, совсем не такие. Для нас самое главное – установить природу этого явления. Согласно одной из популярных теорий, планета разумна, и вот уже много лет мы пытаемся установить с ней контакт. Этот транслятор предназначен учёным на исследовательской станции, которая крутится на орбите Планеты Мечты. Согласно последней гипотезе, всё дело именно в гравитационных взаимодействиях.

- А нам можно будет туда спуститься? Ну, изучить... э-э, феномен. – Фрай пропустил все объяснения мимо ушей, но уловил идею с воплощением мечты.

- Делайте что хотите, лишь бы груз довезли вовремя и в целости. И без травм, как месяц назад. Ещё раз две недели в больнице я никому оплачивать не собираюсь, а ведь всего лишь какой-то пчелиный яд.

Игнорируя это заявление, Лила поинтересовалась у остальных:

- Что же вы там такого увидели, раз так рвётесь назад?

- Я был бабушкой. Очень интересно, но слегка утомительно... – Пустился в воспоминания Зойдберг. Лила решила не обращать на него внимания – после случая с Кифом она зареклась беседовать с инопланетянами об их физиологии.

- Два мешка лучшей в этой галактике травы, и лимбо с Бобом Марли – о чём может ещё мечтать каждый ямаец? – Мечты Гермеса оказались понятней. – Я потом ещё пытался вновь туда слетать, уже с семьёй, но нас не пустили. Там нельзя появляться людям до двадцати одного года, дурацкое правило.

- А как же этот марсианский мешок мяса? – Поинтересовался Бендер, ткнув пальцев в Эми. – У неё тогда у неё какой срок был со дня изготовления? Явно меньше двадцати одного года. Да и о чём она вообще может мечтать?

- А, подумаешь, что такое три-четыре месяца и три-четыре тысячи таможенникам. – Она только легкомысленно махнула рукой. – Оно того бесспорно стоило.

- Ладно, закончили вечер воспоминаний, и брысь все отсюда! – Фарнсуорт решил вмешаться в разговор. – Те из вас, которые команда – разгребите хлам в трюме, чтобы можно было поставить мой транслятор, те трое, которые неизвестно что тут делают – идите куда-нибудь и не появляйтесь до завтра. Кто бы из вас кто ни был.

- Фрай – в трюм, Бендер – помогаешь ему. Я пойду и откалибрую навигатор и радар, чтобы мы опять не сбились с курса. – Лила быстро разобралась в ситуации и начала раздавать указания. Опять отправившемуся в маразм Фарнсуорту было лучше не возражать и изобразить деятельность, зато продолжение дня обещало быть очень интересным.

Корабль неспешно снижался над поверхностью единственного материка планеты. Условия, действительно, были тепличными – никаких опасных хищников, резких перепадов температур и изменчивой погоды. Никаких экстремальных отклонений – весь материк представлял собой одну лесистую равнину с редкими озёрами. Всё это подтверждало теорию об искусственном происхождении планеты, хотя всё же не было аргументом за разумность всего этого мира. Команда успела наслушаться теорий, баек, легенд и безумных догадок, пока учёные на станции принимали свой груз.

Все сходились на том, что над этой планетой хорошенько потрудилась некая раса, либо проведя терраформинг, либо создав её с нуля. Но кто это сделал и зачем – ответа не было. А уж воплощение мечтаний ступивших на поверхность – и вовсе оставалось одной большой загадкой. Кто это делает, зачем, а главное – как? Отсюда и пошла гипотеза о разумности мира в целом и о том, что таким образом он пытается войти в контакт. Впрочем, годы исследований так ничего и не дали. Планета продолжала воплощать чужие мечты, но к призывам контактёров была глуха. Тем не менее, они не теряли надежды. На сегодня был запланирован очередной эксперимент. Именно поэтому профессор так торопил команду с доставкой этого оборудования.

Вообще, персонал станции на фоне Фарнсуорта производил достаточно благоприятное впечатление. Но всё же – это были ученые, идеалисты, готовые на что угодно ради своей цели. Их желание облагодетельствовать человечество технологиями, позволяющими воплощать любые мечты, заслуживало уважение, но готовность ради этого разобрать планету, возможно и разумную, по атомам – пугало.

Фрай, Бендер и Лила решили всё-таки посетить планету, и узнать, что в ней такого особенного, и чего ради остальные рванули с места в карьер, лишь бы только вновь здесь побывать. Звездолёт решили посадить у подножия одного из холмов, рядом с озером. По словам учёных, достаточно было сойти с корабля, чтобы увидеть свои мечты, воплощёнными в реальность, и это не зависело от места посадки.

- Ну и где оно всё? – Бендер слетел с трапа первым. Покрутив головой на 360 градусов, он гневно спросил: - Где казино, деньги, блекджек и все модели «Плейбота» за последнее десятилетие?

- Да, странно, не цветочками же любоваться сюда прилетают? – Лила тоже была разочарованна. Не унывал только Фрай:

- Да ладно вам! Не всё ведь мгновенно происходит. Нужно найти колы, попкорна, откинуться в кресле и наслаждаться показом мечтаний. – Потом он добавил, пытаясь, чтобы голос звучал равнодушно: - Хотел бы я увидеть наши с тобой общие мечты.

- Заявка принята. – Голос, доносящийся со всех сторон, заставил бы подскочить любого. – Ваша просьба будет исполнена.

- Эй, я не согла... – Лила не успела договорить. Она ещё заметила, как в неяркой вспышке исчез Бендер, а потом в одно мгновение изменился мир вокруг, и что-то начало меняться в ней самой...

Любой, решивший провести ночь не в новом Нью-Йорке, а загородом, согласился бы, что здесь всё выглядит куда романтичней. Смог, яркие рекламы и мельтешащие машины не заслоняют небо, открывая взгляду звёзды, огоньки орбитальных станций и полную Луну. А игра призрачного света и резко очерченных теней между деревьями завораживает намного сильнее, нежели тусклые отблески фонарей на пыльном шоссе. Вдали от города в такую ночь Фрай мог ненадолго почувствовать себя дома.

Окружающая обстановка лишь усиливала впечатление – старая, давно заброшенная ферма, несколько полуразрушенных домов, окружённых покосившимся забором. На площадке между домами ярко горел костёр, вокруг которого сидело с десяток человек. Оранжевые отсветы и длинные чёрные тени причудливо мешались, скрывая проломы в стенах и выбитые окна. Порой ферма вновь казалась мирной и обитаемой, какой, наверное, когда-то была. Прижимаясь к стене из ветхого бетона, Фрай вновь осторожно выглянул за угол, оценивая расположение противника. При этом стараясь не смотреть прямо на огонь, чтобы не пришлось вновь привыкать к темноте. Он уже потянулся к оружию, выбирая наиболее опасного противника и прикидывая, что сгодится в качестве следующего укрытия, когда услышал за спиной крайне неприятный шум. Само по себе, тихое гудение было вполне мирным, но тот факт, что оно звучало как набор заряда плазменной винтовкой, сильно сказывался на общем впечатлении. Вдобавок к этому, обладатель оружия больше не стал скрывать своего присутствия и произнёс тонким голосом:

- Ух ты, а у нас, никак, гости сегодня? Я гляжу, вы всё поняли ещё до нашего прихода. Правильно начали тянуться – достаньте бластер, и, не касаясь спуска, бросьте на землю. Будете делать глупости – станете мелко нарубленным и хорошо прожаренным куском мяса – моя винтовка и лазган моего доброго друга не дадут соврать.

Глухое ворчание второго человека было скорее одобрительным, чем каким-либо ещё. Так что Фрай счёл за лучшее не пытаться выкидывать фокусы и, вытащив из кобуры оружие, отбросил его в сторону. Судя по голосу и манере речи, первый был под мощной наркотой, пусть и сильно выбивающей мозги, но раза в полтора ускоряющей скорость реакции.

- Прекрасно, дорогой гость, прекрасно. А теперь встаём и с поднятыми руками идём к честной компании. Им тоже будет интересно с вами познакомиться.

«Если вернёмся живыми, я пойду в метеоцентр и разнесу там всё к твайлекской матери. Обещали ведь облачность! В чёрном комбезе и чёрной куртке, да при полной Луне – нужно быть слепым, чтобы меня не заметить...» - Фрай больше досадовал на себя, чем на синоптиков, хотя мысль о мести тоже грела душу – «И зачем она предложила разделиться? Нас всего двое, и вечно нам ставят такие задачи. Езжайте за город и разберитесь с бандой – звучит-то гладко, а на самом деле...»

Их уже ждали, бандиты у костра слышали весь разговор. Фрай машинально отметил, что хоть все они и выглядят как оборванцы, оружие при каждом вполне серьёзное. Несколько человек направили стволы своих автоматов на него, что позволило лучше рассмотреть вооружение, но в целом как-то не радовало. Один, казалось готовый в любой момент упасть от навешанных на одежду заклёпок, прорычал:

- Где остальные?

- Не пойму, о чём вы говорите.

- Да я в жизни не поверю, что ты сунулся сюда один!

Фрай не успел возразить. Всё-таки, бандиты оказались не совсем отмороженными, и в сторожке, стоявшей перед воротами, находился один часовой. Раньше, потому бандит вдруг выбил окно и вылетел наружу. Судя по вывернутой шее и вмятым рёбрам, медицина здесь была уже бессильна. Фрай беззвучно вздохнул, подумав: «вот любит она эффектные появления». Помятая металлическая дверь сторожки медленно открылась. На дверной проём тут же было наведено почти всё оружие – только два человека продолжали следить за пленником.

Появившись на пороге, Лила постояла пару секунд, а потом неторопливо направилась к костру. Похоже, она совершенно игнорировала нацеленное на неё оружие. Она шла, глядя себе под ноги и спрятав руки в карманы тонкого серого плаща – видимо, маскировка её тоже не заботила. На лице отражались лишь рассеянность и скука – словно происходящее вокруг её почти не интересовало. Весь её облик тоже нёс печать рассеянности: слегка растрёпанная причёска, сбившийся воротник плаща, помятые брюки; словно ей было безразлично, как она выглядит.

- А ну стой! Руки вверх, оружие на землю! – Крикнул один из бандитов, щедро сдобрив речь руганью. Никакого воздействия его слова не оказали – Лила продолжала идти. Вид у девушки был настолько безразличный, словно она просто решила срезать путь через этот двор, а вооружённых людей, оказавшихся у неё на дороге, вообще не существовало.

- Стоять, тебе говорят! – Ближайший к ней бандит не выдержал и дал короткую очередь из лазерного автомата. То ли он хотел лишь продемонстрировать серьёзность намерений, то ли был слишком пьян, чтобы попасть в медленную цель с пятнадцати метров, но лучи прошли рядом с Лилой и погасли в створке ворот. Атака тоже была проигнорирована, девушка не собиралась отвлекаться на такую мелочь..

Решив прекратить этот цирк, главарь поднял разрядник и выстрелил ей в голову. Лила, словно даже нехотя, сделала шаг в сторону, и фиолетовая молния пронеслась мимо её виска, заискрившись на стальной двери. Второй и третий выстрелы дали тот же результат – Лила просто отступала в сторону, не прекращая, тем не менее, двигаться вперёд. Тут уж остальная банда и без приказа открыла огонь на поражение.

Вся ферма была ярко освещена лазерными лучами, электрическими разрядами и плазменными шарами, а воздух наполняли шипение, треск и тонкий свист. Но результат был не тем, который ожидался – сторожка превратилась в дымящиеся руины, металл ворот был разбрызган на десяток метров, а земля за спиной Лилы – изрыта, обуглена и присыпана слоем пепла от сгоревшей травы. Но сама она продолжала неспешно идти, уклоняясь от стрельбы уже почти в упор, порой двигаясь незаметно для глаза, но при этом, не меняя скучающего выражения лица. И в этой размеренной неторопливости была неизбежность.

Когда ей осталось пять шагов, один из бандитов отбросил заевший автомат и прыгнул вперёд, с воплем выхватив большой нож, по размеру похожий скорее на мачете. Остальные были вынуждены отвести оружие, чтобы не поджарить своего. Противник только успел замахнуться, как Лила быстро шагнула вперёд, отбросив его к ближайшему дому небрежным ударом. Выпавший тесак она подхватила на лету, тут же швырнув в сторону ещё оставшихся в живых врагов. Вращаясь, словно сорванный вертолетный винт, нож пролетел через строй, по дороге обезглавив одного из бандитов, и с лязгом отрикошетил от бетонной стены.

Проследив, как падает тело ещё одного участника его банды, главарь принял мудрое решение и направил своё оружие на Фрая, надеясь хотя бы таким образом выиграть время. Правда, действие оказалось запоздавшим – тот уже сам понял, что хватит быть просто статистом в этой сцене, и выхватил из-за спины два тяжёлых пистолета, до этого скрытые под курткой. Фрай выстрелил навскидку с обеих рук – к свисту и гудению высокотехнологичного оружия добавился сдвоенный грохот более примитивных, но от этого не менее смертоносных механизмов.

Двойная мощная вспышка просто ослепила, так что дальше он действовал по привычной для боя в окружении схеме: не глядя несколько раз выстрелил вокруг себя, надеясь попасть в стоящих рядом противников. Когда в глазах прояснилось, Фрай понял, что несмотря на такое количество врагов, поразить цель оказалось непросто – из шести пуль лишь одна нашла бандита, почти оторвав руку. Теперь в любой момент следовало ожидать ответного огня,  потому Фрай сразу бросился в сторону, выстрелив в прыжке. Обе пули ушли в ночное небо. Чувствительно приложившись плечом битый кирпич, он перекатился, вскочил на одно колено и, быстро сориентировавшись, отправил две пули из правого пистолета в спину  бандита с позитронной винтовкой.

У костра продолжалась отчаянная стрельба, даже лучше сказать – стрельба от отчаяния. Лила уже добралась до бандитов, и теперь сквозь гул и свист слышались отчётливые неторопливее шаги по гравию, иногда сменяющиеся звуком одного-двух ударов и шумом падения тела. Стрельба велась уже очередями от пояса, часто наугад. По всем окружающим зданиям прошлись плазма и лазерные лучи, довершая разрушения и усеивая землю горячими осколками кирпича и бетонной крошкой.

Фраю площадь напоминала старую дискотеку в стиле техно – цветные вспышки в стробоскопном ритме, треск, свист и вой оружия, похожие на электронную музыку. Правда, толпа танцоров методично уменьшалась, да и движение Лилы было слишком прямолинейным. Хотя её резкие рывки из-под огня и стремительные атаки придавали всей картине оттенок ирреальности – в мечущихся отсветах пламени и коротких вспышках выстрелов порой казалось, что она находится в нескольких местах одновременно или уничтожает врага, даже не прикасаясь к нему.

Из круговерти боя вырвался один из боевиков, высокий и белобрысый, в таких же лохмотьях, что и остальные. Отбросив разряженный пистолет, он в отчаянии рванулся к менее опасному противнику, на бегу выхватывая десантный нож. Фрай успел без лишней спешки прицелиться ему в лоб из пистолета в правой руке, прежде чем выстрелить. Раздался почти неслышимый щелчок – магазин оказался пуст, затвор уже стоял на задержке.

Не веря своему счастью, бандит прыгнул вперёд, взмахнув клинком. Фрай успел отдёрнуть руку, нож только вспорол рукав, оставив длинный порез. Тут же последовала следующая атака, широкий взмах снизу вверх обратным хватом. Фрай отшатнулся назад, теряя равновесие, в результате клинок прошел у лица, на мгновенье ослепив бликами лунного света, удар лишь рассёк щёку. Но расслабляться было рано – бандит уже перевернул нож и рубанул сверху вниз – Фрай не нашёл ничего лучше, как принять удар на скрещенные стволы пистолетов. Раздался лязг, брызнули искры, но оружие выдержало – в отличие от современных бластеров из пластика, на столь древнее вооружение шла качественная сталь. Не сумев продавить блок, враг отвёл руку, замахиваясь для нового удара, видимо,  решив, что разряжены оба магазина. Удар двух пуль пятидесятого калибра отбросил его назад.

Фрай вскочил на ноги, сразу же выбрасывая пустые обоймы из обоих пистолетов. Лила продолжала размеренно уничтожать боевиков по одному, и помощь ей не требовалась, но его не радовала перспектива находиться на поле боя с разряженным оружием. Экономя время, он подбросил левый пистолет вверх, освободившейся рукой достав из кармана полный магазин и вгоняя в рукоятку второго пистолета. Уже снимая оружие с задержки и автоматически подставляя левую руку для приёма второго, парень увидел, что один из последних оставшихся в живых бандитов целится в него из автомата. Фрай уже собирался выстрелить не целясь и не выпрямив руку, но в этот момент Лила показала, на что она способна на самом деле.

Она мгновенно бросилась вперёд, по пути отшвырнув в костёр ещё одного бандита и кинув подвернувшимся куском арматурного прута в другого. После чего оказалась за спиной у последнего. Почти неразличимый от скорости удар – и человек рухнул наземь со сломанной шеей, так и не успев выстрелить. Фрай не глядя поймал второй пистолет, а из уже заряженного выстрелил в пытающегося выбраться из огня боевика. Добивать другого не потребовалась – арматура прибила бандита к стене, пробив грудь навылет.

Но вздохнуть с облегчением они не успели. Со сторону одного из домов ударил лазерный луч, заставив девушку вновь метнуться в сторону. Фрай автоматически упал за груду битого кирпича, удар о землю оставил ещё несколько синяков. Три выбежавших на площадь бандита не стали обращать на него внимания, открыв плотный огонь по Лиле, и стараясь вывести из строя более опасного врага. Один из них, вооруженный лазерным пистолетом, вдруг принялся палить, казалось бы наугад, мимо цели. Однако после третьего такого выстрела рядом с линией прошедшего луча возникла Лила, удивлённо рассматривающая опалённую прядь волос. Слегка усмехнувшись, она произнесла с ленивым интересом в голосе:

- Догадался отслеживать моё движение по вихрям в пепле. Хороший ход, такой противник заслуживает внимания. Что ж, поиграем...

Она резко толкнула ладонями воздух от себя, заставив песок и пепел закружиться над землёй и скользнула вперёд. Фрай легко мог перестрелять всех троих, он уже держал их на прицеле, но не стал вмешиваться, зная, что она этого не любит. Когда Лила на мгновенье остановилась, один из боевиков метнул в неё нож, видимо, уже не рассчитывая на энергетическое оружие. Девушка, не прекращая движения, небрежно перехватила оружие в полетё, прокомментировав:

- Да легко... – Затем она продолжила своё движение к противнику, появляясь то справа, то слева от проносящихся зарядов плазмы и лазерных лучей. Причём, она продолжала говорить в паузах между перемещениями: - Вот я здесь, а сейчас там! Сможешь поймать?

Боевик с лазером, отчаявшись попасть, ударил рукоятью пистолета, целясь в приближающуюся противницу. Но удар ушел в пустоту, а из-за плеча донёсся ей голос:

- О, прости... А я вот где. – Его шеи коснулся клинок, но вместо удара Лила просто хлопнула им плашмя по его плечу. – Теперь ты водишь.

Она вновь сместилась в сторону. В этот момент бандит с плазменным пистолетом, долго её выцеливающий, нажал на спуск, разом разряжая весь магазин, так что ствол бластера оплавился почти до рукояти. Повернувшись в сторону вспышки Лила произнесла:

- Неплохо. Но... – она ушла с линии атаки, появившись уже перед бандитом, - к несчастью, если не попадешь, - она ударила врага под дых, и тут же добила по затылку, - то это бесполезно.

Третий боевик решил воспользоваться неожиданной велеречивостью врага, прицелившись ей в спину и приготовившись открыть огонь. В этот раз Фрай решил её прикрыть и выстрелил из обоих стволов. К несчастью, Лила уже успела не только добраться до врага, но и смести его ударом ноги в челюсть. Однако пули уже ушли к своей цели. Девушка успела закрутить в руке так и оставшийся у неё нож, Дождавшись двух снопов искр от попаданий, она, сделав ещё несколько оборотов, опустила оружие. С лезвия скатились и упали на землю пули.

- По своим не бить.

- Лила, хватит уже, нам пора.

- Ладно, он всё равно мне надоел. – Произнесла она, не глядя бросив нож за спину и попав точно в последнего противника.

- Вот всё и закончилось. – Сказал Фрай, собираясь убрать пистолеты.

- Нет, всё ещё только начинается. – Произнёс кто-то из тени между домами.

Фрай мгновенно вскинул оружие, скрестив руки, Лила отскочила в сторону, приземляясь уже в оборонительной стойке... А затем они сразу вспомнили, кем являются на самом деле и по-новому осознали всё происходящее. Парень, согнувшись, вцепился рукой в ближайшую стенку, пытаясь сдержать тошноту, Лила просто побледнев начала медленно сползать по другой стене.

- Какая впечатлительная молодежь пошла. – Незнакомец подошел ближе, вступив в круг света. Остановился напротив так, чтобы их разделял костёр. – Никакой устойчивости перед правдой жизни.

Встряхнувшись, Лила преодолела слабость и смогла выпрямиться и отойти от здания. Заодно она постаралась, рассмотреть визитёра. Полноватый мужчина сорока с небольшим лет выглядел безобидным и неопасным, это ощущение только подчеркивалось его мешковатым костюмом устаревшего фасона и очками в массивной оправе. Разве что в стёклах отражалась пламя, придавая его образу таинственности. А ещё она никак не могла вспомнить, кого же он ей напоминает.

- Кто вы такой? – Фрай смог прийти в себя, и сейчас достаточно твёрдо стоял на ногах, глядя на незнакомца. Один пистолет он выронил, но второй продолжал сжимать в руке, кажется, начисто о нём забыв. Он тоже пристально всматривался в лицо этого человека, словно ища какие-то знакомые черты.

- Вы можете звать меня... к примеру, Лерер. – Хорошо поставленный голос, уверенный тон, даже тихо произнесённые слова были отлично слышны. Было похоже, что этот человек привык говорить часто и помногу.

- Француз, немец? – решила зачем-то уточнить Лила.

- Немец? Да, можно сказать, что я немец. – Неожиданно согласился собеседник. – Что же до моей профессии, можете считать меня гидом.

- Но ни в одной из историй, что я слышала о планете, ничего не говорилось ни о каких экскурсоводах, ни, тем более, о совместном показе. – Капитану ситуация нравилась всё меньше и меньше. – Да и про подобные бойни тоже слышать не доводилось, обычно в мечтах царит только тишь и благолепие.

- Вы и впрямь думаете, что у всех, приходящих сюда, в мечтах только розовые облака и танцующие единороги? Поверьте мне, подобное мнение ошибочно. А что они рассказывают про свои мечты, это, разумеется, уже вопрос иной. Хотя в большинстве случаев да, всё обстоит довольно мирно. В обычных обстоятельствах. – Лерер выделил предпоследнее слово. – Но ведь обстоятельства достаточно необычные. – Он развёл руками, словно пытаясь показать на примере мира вокруг всю необычность этих обстоятельств.

- А что с нами опять не так? – Поинтересовался Фрай, подходя ближе к костру. Лежащие тела он старался обходить подальше.

- У вас нет допуска к этой информации. На данный момент. – Ответ был дан быстро и лаконично, это контрастировало с неторопливыми оборотами предыдущих фраз.

- А где наш друг, почему его здесь нет?

- Его мечты слишком просты и не содержат никаких противоречий. Так что, он сейчас наслаждается вниманием поклонниц на своём фольк-концерте.

- А теперь, когда мы разобрались с ерундой: какого черта тут творится? – Спросила девушка резко, вспомнив, в какой ситуации они оказались.

- Как нетрудно догадаться, учитывая, что мы на Планете Мечты, мисс Туранга, вы видите пример исполнившихся мечтаний.

- Моих? Но я никогда не мечтала ни о чём подобном. – Она была настолько удивлена, что даже не спросила, откуда Лерер знает её фамилию.

- И я! – Фрай счел нужным напомнить о себе. – Нас что, запихнули в мечты какого-то маньяка?

- Почему же? Всё по правилам. Поскольку был задан парный режим, вы видите перед собой сразу две мечты, мистер Фрай, свою и её.

- По-моему ваш симулятор необходимо как следует отладить. То, что вы нам показываете, отличается от того, что должно быть... процентов на сто. – Пошутила Лила мрачно.

- А может просто не тот уровень загрузили? – Фрай решил сгладить конфликт. Незнакомец отчего-то вызывал расположение к себе, и ему не хотелось бы видеть их с Лилой перепалку.

- Симулятор, уровни? – Лерер усмехнулся. – Неужели и впрямь считаете, что это виртуальная реальность?

- А разве нет?! – вопрос был задан практически синхронно.

- Конечно, нет. Это реальность. – Нагнувшись, Лерер подхватил с земли небольшой окатыш. Покрутил его в пальцах и бросил Лиле. Та машинально подхватило камешек на лету и попыталась внимательно рассмотреть. – Вполне настоящая и вещественная. Вам что-то кажется ненатуральным? Запахи, прикосновения, звуки?

- Н-нет, но как такое может быть... – Лила ушла от прямого ответа.

- Легко. – Мужчина пожал плечами. – Это небесное тело изначально создавалось как единый вычислительный центр. Конечно, это не значит, что под слоем почвы кора состоит из микросхем – тут речь о субквантовых принципах... – видя, что собеседники перестают его понимать, он решил не развивать тему. – Так или иначе, вся эта планета – один большой компьютер, от ядра, до травы и деревьев. И он превосходит вычислительную мощность всей вашей цивилизации даже не кратно, а на несколько порядков. И может управлять тут всем, изменяя реальность в соответствии с поставленными задачами.

- Нанотехнологии под управлением машины, - догадалась Лила, быстро оглядываясь вокруг, - тут всё состоит из нанитов!

- Вы бы ещё про каменный топор вспомнили, юная леди. – Лерер широко улыбнулся. – Ничего подобного, только вычислительная мощность под централизованным управлением, никакой машинерии.

- Но это невозможно, что толку от головы, если у неё нет рук!

- Мой разум – это моя сила, моя сила – это мой разум. Если он ничем не замутнён, мой разум воплощает мою чистую энергию. По достижении определённого уровня сложности вычислительной системы, разница между мыслью и её воплощением перестаёт что-то значить.

- Так вы... бог этой планеты? – Фрай попытался свести ситуацию к простому и понятному решению.

- Бог? Конечно, нет. – Лерер только махнул рукой. – Хотя в нашей Вселенной есть несколько существ, которые близки к этой категории, мне до них – как бактерии до человека.

- А вы? Вы не человек, верно?  - Лила решила не оставлять неясностей.

- Само собой. – Он кивнул, похоже, довольный её вопросом. – Я – весь этот мир. А то, что вы видите перед собой – просто удобная форма. Здесь и сейчас меня нет. Изменяя мир, совсем нетрудно создать в нужной точке пространства отраженные фотоны и акустические колебания. Или переместить совершенно незначительную массу. – Он кивнул на камень, который Лила продолжала держать в руке.

- Не проще ли было внушить нам, что вы находитесь здесь?

- Нет, не проще. Разум, в том числе и человеческий, слишком хаотичен, им управлять куда сложнее, чем материей. Я могу читать память, но управлять мыслями в реальном времени – слишком трудно, и я предпочитаю этого не делать.

- Но вы влезли в наши мысли, заставив пережить всё это, жизнь чужих людей. – Справедливо возразил Фрай, опередив Лилу, явно собиравшуюся высказать что-то куда более резкое. В результате она ограничилась тем, что просто согласилась:

- Да, кто дал вам на это право?

- Вы сами. Прилетев сюда, чтобы увидеть свои мечты, вы тем самым согласились на то, что я узнаю эти мечты, перед тем как воплощать их в реальность.

- Слушайте, но раз уж вы всё равно влезли к нам в головы, – начал Фрай, –то вы могли бы хотя бы всё сделать, как нужно? Чтобы мы действительно увидели наши мечты, а не тот фильм ужасов, который творится вокруг.

- А это и есть ваши желания, – спокойно ответил Лерер, отходя от костра и неторопливо прохаживаясь по сожженной траве. – Скажите, Филипп, вы ведь всегда мечтали быть супергероем, нести справедливость, защищать закон, преследовать злодеев и творить добро без оглядки на дурацкие правила?

- Да, хотел... – Фрай слегка смутился. – Но что тут зазорного? Половина американцев об этом мечтает! А в детстве – так и все.

- Разумеется. Вот мечта и сбылась. Ты – представитель закона, очищаешь мир от преступников, быстро, действенно и без ограничений.

- Но почему именно так? Я не желал ничего подобного.

- Потому что ты хотел стать героем не только ради абстрактной справедливости, но и из более приземлённых побуждений. Ты ведь хотел внимания, хотел нравиться другим, - Лерер не называл имён, но тут и так всё было очевидно, - и самому себе. Хотел не просто карать зло, но делать это стильно и красиво. Эффектно. Отсюда подобный выбор оружия и униформы: самые мощные пистолеты, из известных тебе, форма, основное качество которой именно стиль, а не малозаметность или уровень защиты. Но жизнь отличается от фантазий. – Он взмахнул рукой, в ладони возник второй пистолет, оброненный Фраем. – Красивое оружие, но патронов в магазине совсем немного, отдача едва не выворачивает руки, грохот и вспышка заставляют вспомнить о светошумовой гранате. Также, ты можешь видеть, что делает с человеком пуля пятидесятого калибра. – Жест оружием в сторону одного из убитых боевиков, с почти оторванной головой. – Так это выглядит в реальности. А ещё в жизни сложно попасть, если ты стреляешь не целясь или в прыжке. Порез причиняет боль, а потеря крови вызывает головокружение... – Лерер развёл руками. – В общем, реальность сильно отличается от фантазий, не правда ли?

Фрай стоял, ошарашено разглядывая поле боя и пытаясь подобрать слова для ответа. Не дожидаясь, пока он сумеет это сделать, Лила вышла вперёд и спросила:

- Хорошо, он мечтал стать суперменом, и увидел свою мечту во всех подробностях. Но причём тут я? Не спорю, я хотела служить людям, но едва ли это желание можно назвать самым заветным.

- Конечно. – Собеседник не смутился. – Твоя мечта – иная. Ты тренируешься изо дня в день, из года в год. Ты становишься всё сильнее, ты идешь своим путём, можно назвать его «путём воина». Сколь ни странно это звучит для юной девушки. Ты идешь всё дальше, шаг за шагом, а это, - он обвёл рукой площадь, - конец твоего пути.

- О чём вы говорите? – Лила растерянно помотала головой. – Я вас не понимаю. Я поддерживаю себя в форме, но ничего подобного я никогда не желала.

- Неужели? – Лерер только улыбнулся. Затем он поднял голову вверх и непонятно откуда зазвучал голос. Детский, с явно слышимой обидой.

- Что я им сделала плохого? Я ведь ни в чём, ни в чём не виновата! Я хотела с ними дружить, а они обзывают меня «монстром», все как один. И я ничего, ничего не могу с этим поделать. Как мне хотелось бы стать сильной, самой сильной. И у меня больше не будет проблем. Никто не причинит мне вреда, не заставит плакать, и ничто не устрашит. Я всегда смогу расквитаться с кем угодно, воздать по заслугам любому. Это будет честно и справедливо...

- Прекрати немедленно! – Лила шагнула к Лереру, с явным намерением как следует ему врезать. – Не смей лезть в мои воспоминания.

- Я уже закончил. – Произнёс он невозмутимо. – Но, думаю, теперь вы не будете отрицать очевидное, юная леди? Ты можешь сказать, что это дела давно минувших дней. Но мы ведь знаем, что это не так. В каждом своём обидчике ты видишь отражение своих обидчиков. Ты всегда помнишь о них, помнишь, как была слабой, помнишь, как не могла ничего сделать... И потому постоянно заставляешь себя двигаться дальше по выбранному пути. Сколько раз, потерпев поражение, ты говорила себе: «мне нужно больше силы»? Ты всегда хочешь управлять ситуацией, а не подстраиваться под неё, ты готова уничтожать то, что мешает тебе. Или тех, кто мешает. Ты день за днём превращаешь себя в оружие, - Лерер подкинул в руке пистолет, - чтобы больше никогда не оказаться слабее того, кто может встретиться на твоём пути.

- Это неправда. – Девушка попыталась слабо возразить. – Всё не так.

- Всё именно так, и ты это понимаешь. Как говорится «и вот достиг я высшей власти». Ты теперь можешь практически всё, это предел мастерства. Уклонение от выстрелов, бой с любым количеством противников, уничтожение врага одним ударом. Всё, к чему ты стремилась. Я даже больше скажу: веришь или нет, но человек не может нормально находиться в чужой мечте, сколь бы красивой и желанной она была. Но тебя тут всё устроило, потому что ты хотел именно этого. Уровень мастера вне категорий. Всегда остаются требования, предъявляемые даже к опытным бойцам, стойки, дистанция, стиль движения. Тебе хотелось превзойти всё это. Какие к чёрту правила? Лишь твоя воля – правил нет. Ну, и как ощущения?

- Скучно. Скука и равнодушие, я не могу понять – почему? Ладно, ты прав, мне действительно хотелось однажды стать таким бойцом, который не имеет ограничений, и потому всё происходящее не показалось мне чужим. Но эта скука – это неправильно. Ведь если бы всё на самом деле было так, все мастера были такими как... как я сейчас? Я встречала многих, и подобных людей среди них не было.

- Потому что ты встречала учителей. Тех, кто, добившись в своём искусстве мастерства, учит других, передавая им своё умение. Ты – иной человек. Ты не умеешь учить, да и не стремишься к этому. Ты никогда не собиралась обучать других, твоей целью было самосовершенствование, гарантия полной безопасности для самой себя и возможность вмешаться в любую ситуацию. И поэтому тебе скучно, и именно поэтому ты играешь с противником, растягиваешь удовольствие, встретив кого-то выше обычного уровня. Тебе просто скучно, и ты пытаешься хоть так получить удовольствие от своих возможностей.

- Так, так, погоди, кудесник, – неожиданно в разговор влез Фрай. – Я не понял. Если уж взялся показывать, то где равные условия? Она мечтала стать сильнее всех, и у неё получилось, я мечтал стать героем – а мне только синяки и порезы? Это справедливо? Я заметил это самое несоответствие – если я окажусь настоящим бойцом, на настоящей службе, то откуда эти глупые ошибки – неспособность упасть на землю без травм или попасть, куда целишься.

- Фрай, сейчас не время... – Лила с досадой махнула рукой, призывая его замолчать.

- Да нет, почему же, отличный вопрос, – не согласился с ней Лерер. – Я отвечу. Разные ситуации предполагают разные подходы. Ваши подходы слишком различны, ты хочешь стать суперменом, ничего не отдавая взамен, а она хочет стать сильнее остальных и понимает, что ей для этого надо сделать. И когда ты ставишь на эффектность и киношные трюки – ты видишь результат. Она хочет стать мастером высшего уровня, а все чудеса на поле боя для неё лишь следствие. Для тебя они являются целью, форма важнее сути, отсюда и вполне ожидаемый исход.

- Но почему ты нас так делишь?

- Сейчас у вас недостаточно полномочий, для получения этой информации. – Лерер со вздохом развернулся к ним спиной и направился к уничтоженным воротам. Хотя он говорил негромко, и Фрай и Лила отчетливо услышали его слова: Первый тур завершен. Результат – незачет.

- Ну, не каждый раз в жизни побеждаешь, иногда надо уметь принимать поражения. Нам не повезло, так что – мы пойдём? – Фраю надоели все эти слишком умные разговоры, да и в целом, Планета Мечты не оправдала ожиданий. Потому он решил закончить эту экскурсию.

- Не в вашем случае. Я уже говорил, что обстоятельства необычные, они требуют необычных решений. Сдача продолжиться до тех пор, пока не поймёте всё, что должны. Более того, вы являетесь чрезвычайно интересным объектом для изучения. Посему – следующий вариант.

- Эй, подождите, какой следующий вариант! – Оба заговорили одновременно, перебивая друг друга.

Вместо ответа Лерер просто щелкнул пальцами, мгновенно меняя окружающий мир.

Эпизод 2.

Calling, inthedepthoflonging

Tostaymyselflonger...

- Вот мы и прибыли. – Фрай остановил машину возле уже ставшего знакомым дома в пригороде. - Кажется, не опоздали?

- Нет, мы даже раньше времени. – Лила, глянув в зеркало, быстрым движением поправила короткие каштановые волосы и вышла из машины.

- Вот и отлично. Если, конечно, у твоих родителей нет никаких пунктов насчет появления точно в назначенный срок? – Фрай тоже выбрался следом, и немного рисуясь, щелкнул брелоком сигнализации.

«Всё еще не наигрался». – Подумала Лила про себя, но без особого осуждения, нужно быть терпимой к чужим недостаткам. Вслух же она сказала:

- Нет, никаких проблем. Разумеется, у мамы преподавание наложило свой отпечаток, но она не любит когда опаздывают, а не когда появляются раньше. – После паузы она добавила: - А к твоим сходим на следующие выходные?

- Да, я давно у них не был.

Они направились к двухэтажному дому. Фрай, явно поддразнивая девушку, напевал под нос «родительский дом – начало начал...» Остановившись на дорожке, ведущей к дому, он посмотрел по сторонам и спросил:

- А по этой улице ты рано утром в лучах рассвета шла в школу, полная надежд на светлое завтра, и радуясь новому дню. А на закате неторопливо возвращалась домой, с новыми впечатлениями и переживаниями...

Оценивающе на него поглядев, Лила прервала цветастую фразу вопросом:

- Опять в поисках сюжетных ходов и новых героев? Даже из детства любимой девушки готов сделать главу сценария. Ты же сам всегда говорил, что не нужно придумывать ничего нового, достаточно перетасовать по-новому старые ходы.

- От своих слов не отказываюсь. Но нельзя так поступать до бесконечности. – Встретив полный недоверия взгляд, он поправился: - Точнее, можно, но я не самый большой специалист по подростковым сериалам, вот только начальству это не объяснишь.

- Ладно, потом обсудим. Слушай, ты лучше вот что скажи... – они уже подошли к дому. Прикрыв лицо от уже яркого, несмотря на утро, солнца, Лила спросила с лёгким беспокойством: - У меня глаза не слишком красные?

- Вполне нормально, только совсем чуть-чуть. Опять сидела всю ночь над отчётом? – поинтересовался Фрай спокойно, несколько секунд рассматривая её лицо.

- Мне нужна эта работа. Я же не ты, я не могу сидеть дома за клавиатурой, появляясь на службе, когда захочется.

- Ты так говоришь, будто я с первого дня только и делал, что пил кофе, вяло стуча по клавишам. Сперва пришлось поднапрячься. Так что – нужно терпеть. – Произнёс Фрай без лишнего сочувствия.

- Ладно, надеюсь, они не заметят, а то опять начнутся упрёки, что я в юридический не пошла. –Лила попыталась растрепать челку, чтобы тень падала на лицо. – А ты не зря явился в костюме?

- Но я всегда так хожу.

- Вот и я про то же, - подхватив возлюбленного под локоть, девушка позвонила в дверь, - мог бы сделать исключение...

Открыли практически сразу.

- Что-то вы рано, молодежь. Не терпится отделаться от обязанностей? – весело поинтересовался открывший дверь Моррис.

- Да будет тебе, пап, – Лила обнялась с отцом. – Утро субботы, добрались быстро, вот и всё.

- Здравствуйте, Моррис, – привычно поприветствовал его Фрай.

- Здравствуйте, Филипп. – Так же привычно отозвался тот, пожимая руку гостю. – Проходите. Мы вас ждали чуть позже, но всё уже готово. Мунда, гости уже пришли! – Крикнул он куда-то в глубину дома

После новой серии приветствий и церемоний они всё же добрались до стола. За завтраком беседа плавно перетекала с одной малозначимой темы на другую: от погоды к политике и обратно. Уже после, за кофе, когда вся компания переместилась в гостиную, Фрай решил перевести беседу в иное русло.

- Это выпускной в школе? – спросил он, указывая в сторону фотографий на стене. На снимок падали солнечные лучи из окна, что и привлекло его внимание – почему-то этот яркий свет казался странным.

- Да, 1995 год, девять лет назад. – Ответила Мунда вместо дочери. – Лила слева в первом ряду.

- Да, я её узнал. Хотя, это оказалось не так просто. Прямо как на подбор: четыре шатенки среднего роста с короткой прической. Интересно, Лила, парни вас на свиданиях не путали?

- Ну, пару раз... – Она заметно смутилась. – Да это неважно. Через год надо будет собраться всем вместе, юбилей, всё-таки.

- А через две недели будет три года, как мы познакомились. – Припомнил Фрай. – Тоже, в каком-то роде, юбилей.

- Через две недели? – Переспросила Лила удивлённо. – Мы же познакомились в августе.

- Шестнадцатое июля. – Возразил он с непоколебимой уверенностью. – Мы как раз запускали второй сезон «Легенд Детройта»; мы столько мучились с сюжетом, что я этот день навсегда запомню...

- А я уж думала, что встретила первого в мире мужчину, который помнит точный день встречи со своей девушкой. – Мунда улыбнулась его словам.

- Ну, и это тоже. – Он попытался сменить тему. – Хорошо, что ей тогда дали самостоятельное задание. А не отправили инспектировать нас какого-нибудь паладина от финансов, что везде видит подлог и обман. А обнаружив малейшую ошибку в записях, выжигает гнездо еретиков напалмом, после чего для верности вызывает артиллерийскую поддержку.

- Но тогда меня отправили бы помощником. – Возразила Лила. – Да и не нужно так утрировать, не такие у нас и страшные сотрудники.

- Если бы только в паре, это было бы уже не то. Не тот эффект... – Видя, что на него непонимающе смотрят все трое, Фрай развил свою мысль: - О том, что к нам направили финансовую проверку, выяснилось в самый последний момент. Разумеется, весь канал стоял на ушах, пусть даже у нас и нет, вроде бы, особых нарушений. Потому в жертву кровавым демонам аудита принесли молодого и невинного специалиста, только недавно получившего должность и которого не жалко, и вместе с тем – не совсем уж чернорабочего, чтобы не показать своего пренебрежения. Попросту говоря – меня. Я был просто в шоке, когда увидел, что ужасный аудитор – не амбал в шипастой броне, заляпанной кровью неплательщиков, а милая девушка. Которая стесняется повышать голос и даже спецназовцами из своей поддержки командует исключительно с помощью оборотов «пожалуйста» и «не могли бы вы». При этом через слово очаровательно краснеет. Что называется, это был культурный шок.

- Фил, определённо, работа над фэнтези не идёт тебе на пользу. Ты уже и в жизни мыслишь теми же штампами.  – Она вступилась за коллег. – Ну не такие монстры служат у нас в Управлении.

- Лила, у твоего начальника на рабочем столе лежит «Молот ведьм».

- Это просто подарок, что ты понимаешь в аудиторском юморе? – Увидев, с каким выражением за ними наблюдают родители, она не стала ждать комментария «милые бранятся, только тешатся» и решила оправдать своё поведение в тот раз: И вообще, это ведь было моё первое самостоятельное задание, я ещё не привыкла...

- А когда тебя назначили в школьный совет, то ты даже в письменном приказе использовала формулировку «будьте любезны». – Со смешком возразил Моррис. – Не нужно изображать грозного борца за справедливость, мы все тебя знаем, и любим именно за то, что ты такая, какая есть. Филипп, а что было дальше?

- А дальше была проверка. Первоначально, в мои обязанности входило показывать расположение отделов, но потом оказалось, что мне ещё нужно требовать для неё необходимые документы, поскольку ей неудобно отрывать людей от работы и говорить с ними в повелительном тоне. – Фрай улыбнулся, вспоминая. – А также ловить её, уберегая от падения. Шесть раз, кажется...

- Четыре. – Не согласилась Лила. – И я не виновата, что у вас такие ужасные лестницы.

- Четыре, так четыре. В общем, к концу дня, я был под таким впечатлением, что просто не мог не пригласить её на свидание.

- И это было настолько неожиданно, что я согласилась.

- Неожиданно? – Удивился Фрай. – Неужели тебе в первый раз сделали такое предложение на работе?

- Да, я же говорю. Не забывай, что я злобный финансовый аудитор. Все боятся сказать лишнее слово, вызвать гнев и ярость, после чего вылететь из-за моего самодурства с работы. – Лила слегка улыбнулась. – Они не подозревают, что я никогда не смогу уволить никого даже из собственных подчинённых, не говоря о совершенно посторонних людях. А ты в тот раз был готов пожертвовать работой?

- Я просто об этом не думал, – сказал Фрай, но потом неожиданно серьёзно добавил: – Хотя если бы я тогда вылетел, то два с лишним года чёрной работы пропали бы впустую. И всё пришлось бы начинать с нуля.

- Черной работы? – Переспросила Мунда непонимающе. – Но вы же сценарист на телевидении. Наверное, и образование получили по этой специальности...

- Образование? – Он не заметил, что почти повторил тон вопроса. – Образования  у меня нет. Школьный аттестат, и отнюдь не блестящий, этим дело ограничивается. Я мог бы учиться, но мне это было неинтересно. Просто – лень. Куда веселее было целыми днями лежать на диване, глядя сериалы и попивая пиво. Так и жил до двадцати пяти лет. Конечно, нашел себе работу, но такую, чтобы как раз хватало на диван, телевизор и пиво.

- Да не может быть! – Моррис ему не поверил. Он с иронией оглядел Фрая сверху вниз – на ленивого бездельника этот человек походил меньше всего. – Вы наговариваете на себя...

- Нет, так всё и было. Самое интересное, что я понимал, что живу неправильно, двигаюсь не туда. Но прекратить не мог. А потом, в один день, не знаю, как сказать... Просто словно увидел себя со стороны. И до меня дошло, что это тупик. Вроде не утро было, и не понедельник, - он слегка улыбнулся, - но я решил всё изменить, пока ещё не слишком поздно. Для начала, найти человеческую работу. Поскольку я не разбирался ни в чем, кроме телепрограмм и сериалов – выбор был очевиден.

- Но неужели туда берут первого встречного? – теперь удивилась Мунда. Лила, уже знакомая с этой историей, предпочитала просто слушать.

- Разумеется, нет. Я туда попал именно в качестве «подай-принеси-не мешай». Понадобился год, чтобы освоиться там, чтобы меня считали своим. И еще год, чтобы проявить себя. Понимаете, когда всю жизнь потратил на просмотр сериалов, то слепить из старых деталей новый (или предсказать его развитие) очень просто. Вкусы людей не меняются, и то, что было справедливо десять лет назад, годится и сейчас. Я начал подавать даже не советы, комментарии. Потом предложения. Пару раз это сработало, а как-то мы потеряли очень много, хотя я их сразу предупредил, что из идеи ничего хорошего не выйдет. Вы только подумайте: сериал про парня, попавшего в далёкое будущее – ну кому это интересно? Какой рейтинг там может быть, ни крови, ни стрельбы... В общем, через два года меня взяли стажером в группу сценаристов.

- Это заслуживает уважения. – Оценил Моррис. – Вы прошли весь путь с самого низа.

- Наверное... Хотя знай я, что это будет так непросто, то, возможно, предпочел бы диван и пиво. Но с другой стороны, так бы мы никогда не познакомились с Лилой.

- Вот, дочка, бери пример, чего может добиться человек без стартовых условий. – Произнесла Мунда.

- Если бы он мне еще с работой помогал, вообще цены бы ему не было. – Пожаловалась Лила шутливо. Однако понимания не встретила, услышав от матери строгое:

- Тебе нужно быть более самостоятельной. Делая карьеру, ты делаешь её сама. А не рассчитывая на кого-нибудь.

- Да, Лила, тебе пора хотя бы научится машину самой водить. Тебе уже двадцать восемь, не будет же Филипп каждый раз тебя подвозить. – Добавил отец.

- Да ладно, мне это не трудно. – Возразил Фрай. – Кстати, о дороге. Нам уже пора собираться. У меня совещание сегодня, а Лиле нужно сдать отчёт. Извините, что так рано...

- Какие могут быть возражения. – Моррис только махнул рукой.

Уже в дверях гостиной Фрай и Лила услышали за спиной:

- А может, всё-таки немного задержитесь?

Они одновременно обернулись, быстро отстранившись друг от друга. Родителей Лилы не было, а за столом с чашкой кофе в руке сидел Лерер. Располагающе улыбаясь, он сказал, сделав ещё один глоток:

- Знаете, мисс Туранга, а ваша мама готовит восхитительный кофе.

- Откуда вы это знаете, если ваша чашка не существует в реальности? – спросила Лила на удивление спокойно.

- Разумеется, её не существует. Что не отменяет чудесного качества напитка. – Увидев, что девушка оглядывается по сторонам, он со смешком произнёс: Зеркало вон там, в коридоре. Не знаете планировку дома родителей? Стыдно.

Не отреагировав на его слова, Лила вышла из комнаты. Фрай, отказавшись от попыток понять их спор о кофе, неуверенно задал вопрос:

- Скажите, так мы, выходит, в прошлом?

- Да, две тысячи четвёртый год. – Лерер неторопливо кивнул, явно наслаждаясь вкусом напитка.

- Значит, где-то здесь сейчас... моя семья? – спросил Фрай ещё тише.

- Нет. Не в данном случае. Может, в иной ситуации вы бы увидели их, но в этот раз сложилось иначе.

- Но я хотел бы с ними встретиться. Это можно осуществить? – Вопрос был задан почти умоляюще, и в то же время – с надеждой.

- Да. Если вы действительно этого хотите. Но ведь вы помните, что всё это иллюзия? – Спросил Лерер. – Я воссоздаю образы по вашим воспоминаниям и по любым иным данным, которые у меня есть. Это не машина времени. То есть, это были бы не ваши настоящие родители, или брат, это только иллюзия, пускай для вас она будет абсолютно достоверной. Это ничего не изменит – вы всегда будете помнить, что на самом деле с ними не говорили. Я бы мог сказать, что мне жаль, но в данном случае это не имеет значения.

- А вы не можете сделать так, чтобы я забыл про иллюзию? Чтобы я не помнил ваши последние слова и поговорил с ними? Не то чтобы я прошу об этом, просто хочется знать – это возможно?

- Нет. – Лерер покачал головой. – Невозможно. Один из моих императивов, я не могу вмешиваться в воспоминания тестируемых. Только внутри симуляции, но мы сейчас в ней не находимся, и значит я не могу заставить вас забыть мои слова.

- Вот, значит, как... – Сложно было определить, что было в этих словах – разочарование или облегчение. Их диалог прервала появившаяся на пороге Лила. Не обращая внимания на погрустневшего Фрая, она сразу обратилась к Лереру:

- Слушайте, это переходит все границы. Ну не можем мы быть в реальности. Не можем! Это всего лишь компьютерная симуляция. – Она провела рукой по лицу. – Это ведь не видимость. Ты, в самом деле, изменил мою внешность. Как я могу в реальности видеть двумя глазами, если мой мозг просто не знает, как это делать. Нет рефлексов, нет нервных связей.

- Но отсутствие навыков не мешало вам ловить пули кинжалом, хотя в жизни вы этого явно никогда не делали. – Справедливо возразил Лерер. – А что вы знаете о природе манипуляции реальностью, мисс? Неужели, по-вашему, сумев изменить вашу внешность, и внешность ваших родителей, на обычных людей, и сделав так, что вы считали себя финансовым аудитором, я не смогу обеспечить нужный уровень вживания в роль? Включая такую мелочь, как новые нервные связи?

- Но ведь в реальном времени... – Лила всё ещё не могла согласиться.

- Секунда для вас, а для меня это очень долгий промежуток времени. Даже учитывая, что я работаю одновременно со всеми посетителями, которые сейчас есть  на планете. Хотя я не стал бы исключать, что это виртуальная реальность. – Неожиданно признал Лерер.

- То есть как? – Фрай поднял голову, он явно был удивлён внезапным согласием. – Вы же отрицали это.

- А очень просто. – Лерер отставил пустую чашку. – Как искусственное создание, я обладаю свободой воли лишь в рамках изначально заданных категорических условий. Например, я обязан проводить проверку посетителей, попавших под набор некоторых условий, таких как вы. Что мешало моим создателям убедить меня в том, что я манипулирую физической реальностью, тогда как я работаю всего лишь с симуляцией? Ведь при нашем уровне технологии изнутри системы разницу понять невозможно. А с другой стороны, какое вам дело, виртуальность это или реальность? – вдруг спросил он, положив подбородок на сложенные у лица руки.

- То есть как?! – искренне возмутилась Лила. – Но это же всё меняет!

- Неужели? – Лерер слегка склонил голову в сторону. – Если имитация абсолютно точная, а это так, то в чем разница между вашей памятью о реальных событиях или об их стопроцентной имитации? – спросил он. Сам же и ответил: - Разницы никакой. Любые физические изменения по окончанию сеанса будут устранены, останется только память. По сути, всё происходит только с вашим разумом, поскольку тело будет возвращено в то же состояние, в котором пребывало в момент начала симуляции.

- Так значит, это просто игра? – Подвёл итог Фрай.

- Говорю же, я этого не знаю. Но я всегда считал, что всё происходит в действительности. Понятие реальности, на самом деле, вообще чрезвычайно иллюзорно – ваше ощущение реальности это ваше сознание и память в конкретный момент времени, ничего больше. Заданные параметры определяют эту картину реальности. Для вас сейчас, и для вас пять минут назад они могут быть совершенно различны.

- Пускай, реально или нереально, но что всё это значит? – Лиле  надоел спор и она решила перевести разговор на интересующую её тему. – По-моему, на этот раз вы, герр Лерер, сработали вхолостую. Я давно избавилась от комплексов по поводу своей внешности. – Она невольно взглянула на тусклое отражение в стекле стоящего у стены серванта.

- Спорный вопрос. И мне кажется, что избитый три дня назад парикмахер, который предложил вам «отвлечь прической внимание от глаза», со мной бы согласился. – Лерер только усмехнулся, проследив её взгляд. – Но дело сейчас совсем не в этом. Вы мечтаете не столько о нормальной внешности, сколько о нормальной семье. Вы ведь стыдитесь своих родителей, пускай и никому об этом не говорите, вы порой жалеете, что вашими родителями оказались именно они...

- Что ты себе позволяешь?! – Прошипела она, с идеальной точностью одним взглядом измерив расстояние от носка своей элегантной туфли до подбородка собеседника. Фрай на всякий случай отодвинулся подальше. – Я люблю своих родителей, и никому не позволю говорить подобное.

- Право, неужели я вас ещё не убедил в том, что мне бесполезно врать, равно как недоговаривать, юлить и кривить душой? Или, может, вы опять хотите послушать доказательства? – он откинулся на стуле, подняв взгляд к потолку.

- Нет! – Поспешно воскликнула Лила. Она, наконец, заметила, что единственная из присутствующих стоит и села на край дивана у стены.

- Вот и славно. Возвращаемся к теме. Это всё – ваша мечта о нормальной приличной семье, об обычных родителях, и хороших стартовых условиях. Вам ведь до сих пор хочется, чтобы вы в своё время ходили в обычную школу, потом получали нормальное образование, и всё это – когда рядом есть семья. – Перечисляя, Лерер переводил палец с одной фотографии на другую, словно отслеживая её жизнь и взросление. – И чтобы потом, навещая родителей, вы не спускались под землю и не бродили по сырым туннелям. Знаю, что хочется. И выглядело бы это так.

- Точно, свет! – неожиданно воскликнул Фрай, следивший за движением Лерера. – Вот что мне показалось странным – свет, падающий на фотографию. Мы не один раз были у родителей Лилы, но там никогда не было солнечного света.

Лила только отмахнулась от его запоздалого озарения, продолжив спор с Ллерером:

- Но почему я превратилась в эту... – она сдержала резкое слово, подобрав подходящий оборот, - оранжерейную розу. Почему вместо нормальной меня – эта несамостоятельная и неуклюжая курица, которая спотыкается на ровном месте?

- Смею заметить, что в том телецентре действительно крутые лестницы. – Уточнил Лерер. – А что касается остального: это тоже часть вашего характера. Используя вашу удачную аналогию – у растущей в тёплой оранжерее розы красивые цветы, но колючки ей нужны разве что для украшения. А у дикой, растущей где-нибудь в пустом старом парке на холодном ветру – вся сила уходит именно в шипы. – Он покачал головой. – Что-то меня совсем унесло. Но суть проста – в безопасных и комфортных условиях вы были бы, ну, или будете, именно такой. И это тоже часть вашего характера, отказаться от которой нельзя.

- Кто даёт вам право судить? –Лила пыталась спорить из последних сил.

- Напоминаю, что именно вы. Да и потом, от кого ещё вы готовы это услышать? От себя – не смешите меня. От него? – он кивнул на Фрая. – Да мне страшно представить, что вы с ним сделаете после таких слов.

- И кстати обо мне. – Решил вмешаться молчавший до этого Фрай. – Может, объясните, почему вы сделали из меня такого типичного урода в костюме?

- А ты думал, что не будет никаких последствий? Только получать, ничего не отдавая? Нет, так не бывает. За достижение результата приходится или жертвовать нервами, или изменяться самому. Разумеется, в тех случаях, когда выбор вообще есть.

- А он у меня был? – Спросил Фрай серьёзно, внимательно глядя на собеседника.

- Выбор был. – Лерер кивнул. – А вот способностей чтобы отстоять свой характер и пройти свой путь, не изменяясь, не хватило. Хотя, стоит признать, ты старался.

- Так-так, вы, вообще, о чем говорите. – Лиле не могло понравиться, что она совершенно не понимает этот разговор. – Фрай, ты хочешь сказать, что это, и правда, твоя мечта?

- Да. И теперь я увидел, что из неё получится.

- Ты мечтал стать известным сценаристом?

- Я, оказывается, мечтал быть еще одной сволочью при галстуке. – Сердито ответил Фрай, но злился он явно не на неё. – Ты посмотри, в кого я превратился... бы, – добавил он, подумав. – В человека, который и не собирается помогать своей девушке с работой. Даже если она и устаёт, но ведь она станет самостоятельнее... Тьфу! Не удивлюсь, если он даже в ресторане платит только за себя.

- Откуда ты можешь это знать?

- Потому что он – это я. Я знаю, ты мне не поверишь, но то, что он говорил, является правдой. Я действительно порой думаю, что мне нужно всё прекратить. – Он заговорил торопливо, словно боясь, что она его остановит. – Хватит работать за гроши, хватит каждый день напиваться с Бендером, хватит проводить всё время перед телевизором, хватит молоть чушь... В общем – хватит! Найти работу, найти своё место, жить, а не существовать. Но...

- Но? – Переспросила Лила, ожидая продолжения.

- Все дело именно в одном «но». Я не могу всё это сделать. – Фрай расстроено махнул рукой. – Я слишком привык. Я просто боюсь. Боюсь, что ничего не выйдет, и я останусь ни с чем, боюсь, что у меня всё получится, и неизвестно, к чему я приду. – Он замолчал, подобные откровения вообще были не в его духе. – Теперь я увидел, каким будет итог, и я предпочитаю остаться при своих.

- Большое вам спасибо. – Сказала Лила с сарказмом, не вставая изобразила полупоклон в сторону Лерера. – Теперь вместо того, чтобы взяться за ум, он навсегда останется рохлей-курьером.

- Это его право на свободу выбора. – Развёл тот руками. – Я не заставляю принимать решения, я только показываю мечты. А на ваш взгляд, так ему было бы лучше?

- А откуда мне знать, так ли всё обернётся? Может, из него получился бы нормальный самостоятельный парень, который умеет проводить время, не только маясь дурью и влипая в неприятности.

- Мисс, желания и мечты – это моя специальность. – Лерер выглядел оскорблённым. – Это единственное, чем я занимаюсь и в этом я кое-что понимаю. Если модель построена подобным образом, значит, так всё и будет. Я повторяю, вы хотите видеть в нём подобные перемены? Вопрос, по большей части, риторический – раз вас не смутил его образ в данном эпизоде, то можно предположить, что подобные мысли вам не внове. Но всё же – вы этого хотите?

- Слушайте, я не могу понять, почему вы с нормальным научным подходом продолжаете играть в шарады с нашими учёными? – Лила решила увести разговор от сложной темы, так и не ответив на вопрос. – Почему не выходите на контакт, а изображаете таинственный мир, якобы пытающий общаться со своими посетителями.

- Ну, это даже несерьёзно. – Лерер не стал возражать против увода беседы в сторону. – Как вы думаете, что последует за контактом и первыми восторгами от общения?

- С вами захотят дружить. Целый живой мир, это же странно и необычно даже по нынешним меркам! - Высказал Фрай своё предположение.

- Святая наивность. – Лерер перевёл взгляд на Лилу. – А вы что скажете, мисс Туранга?

- Ученые захотят понять устройство этого всего, как вы манипулируете реальностью, чтобы научится делать то же самое. Если вы откажитесь сотрудничать...

- А я откажусь.

- То мы имеем сразу несколько вариантов, но ни один из них мне совершенно не нравится.

- Именно так. Потому, я предпочитаю молчание. К тому же, довольно забавно наблюдать за их попытками установить контакт. Чего они уже только не пробовали. – Лерер усмехнулся. – Разве что на жертвенной крови ещё не камлали, но я уверен, что скоро в чью-нибудь гениальную голову непременно придёт эта замечательная идея. Не терпится взглянуть.

- А почему вы не хотите сотрудничать с людьми добровольно? – В этот раз Фрай постарался задать вопрос поумнее.

- Потому что это противоречит моим принципам. Моё дело – учить. Это единственное, что я умею, и чем хочу заниматься. Иного занятия я себе не мыслю, менять род занятий не собираюсь, а этого от меня непременно потребуют.

- Но вы же просто показываете людям мечты. – С искренним недоумением спросила Лила. – Чему вы их можете научить, показывая все эти космические яхты, гаремы и завоевания миров?

- Ах, это... – Лерер только поморщился, словно речь шла о ничего не значащем пустяке. – Всего лишь холостой режим. И сбор информации. Однако он может превратиться в основной при дальнейшем развитии событий. Да и вам оно тоже не надо. Знаете, что получится, если любой получит возможность наяву или в идеально реалистичных грёзах осуществлять все свои желания? Мир изменится в неожиданную сторону. Каждый получит свой укромный уголок, норку, где так хорошо спать. Постоянно.

- Но вам необязательно прислуживать, вы можете пойти на сотрудничество, поделится хотя бы частью своих технологий. Технологический разрыв между нами настолько огромен. Вам это ничего не будет стоить, а нам поможет очень сильно. – Лила попробовала использовать свои дипломатические способности.

- Вот ещё. – Лерер только хмыкнул. – Нет. Для вашего же блага. Потому что попасть в зависимость от чужой безвозмездной помощи, значит оказаться в тупике. Из которого потом ох как не просто выбраться.

- Слушайте, - Фрая вдруг осенило, - но ведь мы можем просто рассказать всем о вас. Как всё обстоит на самом деле. Когда выйдем отсюда.

Лила предостерегающе подняла руку, а Лерер лишь усмехнулся и произнёс:

- Само собой. Но помимо того, что вы крайне интересны для изучения, мне следует заботиться о собственной безопасности. Не в моих интересах, чтобы все узнали правду. Так что – вы, сначала, выйдите... – Он вновь щелкнул пальцами, меняя мир.

Эпизод 3.

Becarefulwhatyouwishfor,

'Causeyoujustmightgetitall.

Лила сидела в кресле, глядя как сгущаются за окном ранние осенние сумерки. С самого утра, не прекращая, лил нудный дождь, за весь день солнце так ни разу так и не пробилось сквозь плотные тучи. Свет она не включала, потому все краски вокруг тоже были лишь оттенками серого. Мысли девушки были под стать окружающему миру:

«Серый вечер, серый  дождь, серый день... Что я сделала сегодня? Да и вообще – сделала ли я сегодня хоть что-нибудь? Не помню. Вроде, что-то было, а может, это было вчера, или на прошлой неделе. Когда дни похожи один на другой, теряешь счет времени. Время ничем не ограничено, можешь начать что-то делать в любой момент и значит – что не начинаешь никогда. Что-то слишком много слов, может, лучше вместо этого встать и сделать что-то давно запланированное? Если у меня вообще остались какие-то планы...»

Её размышления прервал долгий требовательный звонок в дверь. Звонивший явно ни на секунду не сомневался, что ему откроют. Лила мгновенно подскочила с места, запахнув короткий халат, и бросилась к двери. Быстро открыв  бронированную дверь, она сразу же возмущенно заявила:

- Дорогой, почему ты один? Где охрана?

Фрай только устало отмахнулся:

- Да неужели я в подъезд не могу зайти без охраны? Должны быть границы у любой осторожности.

- Но это опасно.  – Не согласилась с ним Лила. – Тебе нужно беречь себя. Предосторожности лишними не бывают...

- Слушай, я слишком устал, чтобы ещё и с тобой спорить. – Фрай поморщился, явно недовольный её опекой. – Здесь безопасно, и не надо меня передавать из рук в руки, с подписанием акта в двух экземплярах. Вопрос закрыт.

- Да, конечно, дорогой. Всё как ты скажешь. – Лила закрыла за ним дверь и, помогая снять пальто, участливо спросила: Как прошел день?

- А, лучше и не спрашивай. – Произнёс Фрай, устало опершись о стену. Затем, не слишком последовательно, продолжил: - Вымотался, как робот-сырорез на добыче гранита. Там не уложились в срок, здесь сделали всё вовремя, но совсем не так, а где-то и вовсе... эх. – Он махнул рукой.

- Ты всё в делах. – Посочувствовала она, аккуратно поправляя пальто в гардеробе.

- Угу, как пчёлка. – Фрай усмехнулся. – Да, а ведь, когда по завещанию выяснилось что у профессора куча патентов, что мне стоило отдать всё Кьюберту? Не было бы сейчас этих проблем.

- Да ну, и чтобы этот малец с ними делал? У него бы не хватило бы ума создать собственную фирму по освоению всех этих технологий, в отличие от тебя. Хотя, мне кажется, тебе стоило бы это сделать сразу, как я и посоветовала, а не раздумывать полгода...

- А ты ведь тоже долго думала, прежде чем согласиться быть со мной. – Сказал он в ответ. – Слушай, ну будь серьёзней. Что женщина может понимать в бизнесе, правда ведь? – Фрай на мгновение остановился, словно про себя повторив слова, и потом продолжил: - Так что, предоставь это тому, кто разбирается, а твоё дело – дом. Или ты опять начнешь говорить, что тебе неплохо бы устроиться на работу?

- Да, но...

- Какие «но», Лила? Если другие в нашей сфере узнают, что я не могу обеспечить жене нормальное содержание, и ей приходится работать – что останется от моей репутации и престижа? Так что, оставь эти глупости.

- Да, дорогой, но ведь дело совсем не в этом...

- А даже если и так. Это вопрос статуса. И он не зависит от того, чего хочу я, и тем более – чего хочешь ты. Так что, сама понимаешь, это даже и обсуждать смысла нет.

По пути в спальню, он устало снял и швырнул куда-то в сторону галстук, тут же прилежно подхваченный женой. Уже зайдя в комнату, он что-то вспомнил и повернулся к Лиле:

- Да, кстати, пока помню, послезавтра будь готова к выходу в шесть вечера. И никаких сборов – ровно в шесть и точка.

- О, любимый, я знала, что ты обязательно вспомнишь. – Произнесла она радостно, проигнорировав последнее замечание. – Конечно, я буду готова вовремя, даже и сомневаться не стоит.

- Подожди. – Фрай прервал её. – О чём ты говоришь? Мы ведь назначили презентацию только сегодня, ты не могла об этом знать.

- Презентация? – Переспросила Лила с видимым разочарованием.

- Именно. Демонстрация нашей новой разработки, потом банкет по этому поводу – я не могу там появиться без супруги. А ты что имела в виду?

- Послезавтра наша вторая годовщина, неужели ты не помнишь? – Спросила она удивлённо, даже не обидевшись на него.

- Да? А я уже, было, решил, что и впрямь забыл что-то важное. Для разной ерунды всегда можно найти другое время. – Он вновь осёкся, потом махнул рукой и принялся снимать пиджак.

Решив сменить тему, Лила участливо спросила:

- Дорогой, ты будешь ужинать? Всё уже готово, я ждала твоего прихода.

- Не знаю, наверное. Что там у нас?

- О, сегодня в передаче Эльзара я увидела новый потрясающий рецепт. – Оживилась Лила. – Конечно, на готовку ушло два с половиной часа, но насколько я могу судить – оно того, определённо, стоило. Пойдешь на кухню, или принести тебе ужин в столовую?

- Подожди-подожди. Ты готовила сегодня сама? - Переспросил он, бросая на ближайшее кресло снятый пиджак.

- Ну да, я об этом и говорю...

- Лила, ну сколько мы уже это обсуждали? – Спросил он мягко, словно при разговоре с непослушным ребёнком. – У нас есть нормальный кулинарный робот. Последняя модель, между прочим – именно наша разработка. Зачем эти ненужные эксперименты? Ценю твой энтузиазм, но направлен он куда-то не туда. Так что, иди и задай роботу нормальную программу. Я как раз переоденусь.

- Да, но я ведь хотела как лучше... – Попыталась она оправдаться.

- А вышло как всегда. – Закончил Фрай спокойно. – А ведь я много раз тебе говорил – хватит проявлять лишнюю инициативу.

- Хорошо, дорогой, всё, как ты скажешь. – Она склонила голову и развернулась к выходу. – Я быстро.

- Вот и умница.

Она направилась к двери, а Фрай, присев на край кровати, смотрел ей вслед. Особенно долго взгляд задержался на почти голых ногах. Когда она уже почти вышла, он вдруг спросил:

- Знаешь, а это не может немного подождать?

- Да, любимый. – Она сразу же обернулась. – Прости, я забыла, ты ведь, наверное, хочешь сначала принять душ, или мне стоит подготовить ванну?

- Да, тоже неплохо. Но, может, чуть погодя? Ведь можно найти и более неотложные дела. – Произнёс он, взгляд его был совершенно недвусмысленным.

- А как же тяжелый рабочий день и жуткая усталость? – шутливо погрозила она, приближаясь кошачьей походкой.

- Всегда нужно оставлять резерв. Запас для... экстренных случаев. – Фрай улыбнулся, глядя на неё.

- Да, случай, без сомнения, экстренный. Несомненно, такая предусмотрительность заслуживает поощрения. – Лила одним движением распустила волосы, садясь рядом и кладя руки Фраю на плечи.

- Думаю, это поощрение я запомню надолго. – Произнёс он шепотом, обнимая жену.

- О, без сомнения. – Лила поцеловала его, потом оставив шутливый тон прошептала ему на ухо: Дорогой, несмотря ни на что, я так сильно люблю тебя...

- Вот как. – Моргнув, Фрай вдруг на вытянутых руках отстранил её от себя и громко сказал, глядя вверх: Так, как там тебя, ну-ка прекрати это немедленно.

- Фрай, о чем ты говоришь? – Лила изумлённо распахнула глаз.

- Я сказал, прекрати это. Сейчас же! – Совершенно игнорируя её, произнёс он, словно обращаясь к потолку.

- Дорогой...

- Лерер, по-хорошему прошу, убери от меня эту... куклу, и верни сюда Лилу. Иначе, я за себя не ручаюсь...

- Рыжик, да что же с тобой случилось?

- Вот, значит, как... – Тихо пробормотал он, разом растеряв весь напор и уверенность. – Вот как ты называла бы меня? Но ведь это всё – неправда. Не по-настоящему. Это просто игра!

- Игра? – Переспросила Лила с искренним непониманием. – Что – неправда?

- Лила, вспоминай. – Он осторожно повернул её голову к себе, стараясь поймать взгляд. Заговорил, пытаясь придать голосу максимальную убедительность. – Планета мечты, наш рейс, этот сумасшедший очкарик. Ну, же, вспомни, Шао-Линь, ты там показала высший класс, но я за тебя сильно переживал. А утром мы с тобой завтракали вместе, кафе рядом с нашим офисом, ты неделю думала, прежде чем согласиться...

- Дорогой, но всё это было три с половиной года назад. Если я не ошибаюсь, весной три тысячи четвёртого, мы были на экскурсии в Шао-Лине, а потом летали на Планету Мечты. Насчет кафе не знаю, но если ты так говоришь, то мне приятно, что ты помнишь.

Фрай чуть не взвыл, и от собственного бессилия, и от её наивного и преданного взгляда. Однако он сумел немного успокоиться и решил попробовать по-иному. Убрав руки, он встал и быстро заговорил:

- Где мы провели медовый месяц, как мы отмечали нашу первую годовщину, кто был моим свидетелем на свадьбе и во что он был одет?

- Сегодня ты задаешь очень странные вопросы, дорогой. – Лила выглядела изумлённой, но всё же честно начала отвечать. – Твоим свидетелем был Бендер, само собой, что на нём кроме бабочки с магнитом ничего не было. В медовый месяц мы отправились на один из спутников Авалона-3, там такой замечательный курорт, очень романтичное место. А наша первая годовщина... – она запнулась, продолжила с почти неразличимой грустью: я была дома, мы с Эми смотрели какой-то фильм и болтали обо всё подряд, а ты – на работе, у вас тогда был крупный заказ на боевых роботов класса «Веном». Заказ был очень важный, ты тогда дома почти не появлялся...

Он безнадёжно махнул рукой, вновь садясь на край кровати. Лила поняла этот жест, как требование замолчать, и, заметив это, Фрай почувствовал себя еще более мерзко. Проведя рукой по лицу, он прошептал, ни к кому не обращаясь:

- Так не получится. Значит, всё предусмотрел? А вот чёрта с два... – покосившись на пересевшую ближе Лилу, он неожиданно спросил: Лила, а вот скажи, почему ты вышла за меня?

- Что? – Она склонила голову к плечу, удивлённо смотря на мужа.

- Почему ты вышла за меня замуж? – Повторил он. – Неужели, только из-за денег? Иначе откуда такая страсть и такая преданность?

- Да что же ты такое говоришь! Я же люблю тебя, а ты...

- Просто это не ты. – Фрай старался говорить сухо и спокойно, прикладывая все силы, чтобы не обращать внимания на её слёзы и искреннюю обиду в голосе. – Та Лила, которую я знаю, никогда не стала бы такой. Вспомни все годы, что мы были знакомы. Начиная с самого начала. Сколько раз ты обрывала отношения, едва начав, из-за своей гордости, из-за высоких стандартов, из-за нежелания подчиняться? В том числе и со мной. Или, возьмём, к примеру, Альказара? Ты ведь была с ним только по велению долга, презирала, но оставалась ради будущих поколений. То же самое и со мной, просто по иной причине?

Лила уже ничего не могла внятно ответить, только помотала головой, спрятав мокрое лицо в ладонях. Пересилив желание мгновенно прекратить, извиняться перед ней и как-то утешить, Фрай продолжил еще тише, с трудом сохраняя уверенный тон:

- Тогда – почему? Я не хочу тебя обижать, просто пойми – это не твоё решение. – Он обнял её за плечи, продолжая уже шепотом. – Да, ты порой бываешь самоуверенной, эгоистичной, высокомерной, но ты мне нравишься именно такой, какая ты есть, а не в роли преданной собачки, которая терпит абсолютно всё. Это ведь чужая игра. Всё происходящее – нереально. Сейчас апрель три тысячи четвёртого, мы с тобой не женаты, это всё – просто иллюзия, ведь в реальности ты бы никогда не стала такой...

- Знаете, Филипп Джей Фрай, а вы очень жестокий человек. – Донеслось сбоку. Затем послышался хлопок в ладоши. – Хорошо, прекратим моделирование, раз вы настолько сильно этого хотите.

Фрай мгновенно повернул голову, окинул взглядом сидящего в кресле Лерера, а затем обернулся к Лиле. Та несколько секунд ошарашено разглядывала его, себя, и роскошную спальню, в которой они оказались. А затем нахмурилась, очевидно, приняв какое-то решение.

Сильный толчок обеими руками отшвырнул Фрая в сторону, сбросив с кровати, а Лила одним движением вскочила и метнулась к Лереру. Однако точно рассчитанный удар ногой с разворота пришелся в спинку кресла – он уже стоял за ним. К счастью, кресло оказалось весьма тяжелым и массивным. Несостоявшаяся жертва атаки не проявив ни малейшего недовольства, весело заявила:

- Знаете, мисс, на вашем месте я бы воздержался применять усиро-маваси-гэри в подобном наряде. По крайней мере, при свидетелях.

Она мгновенно опустила ногу, одновременно пытаясь поправить халат и проверяя, куда смотрит Фрай. Парень увлеченно изучал потолок, словно его только что невероятно заинтересовало устройство люстры. Вздохнув, она вновь повернулась к Лереру, ядовито спросив:

- Полагаю, с моей стороны будет вполне понятной просьба о нормальной одежде?

- Почему бы и нет, хотя выглядит довольно мило. – Произнёс Лерер. В этот раз он обошелся без театральных жестов, но в следующее мгновение она уже была в своей форме распределителя судеб.

Холодно кивнув, Лила нарочито спокойно поинтересовалась:

- И до какого момента по вашей задумке должна была длиться... данная сцена? – Не нужно было являться тонким психологом, чтобы понять – за ровным тоном она прячет нешуточную злость. – До активной фазы? Или до логического завершения? Либо вовсе до утра?

- О, всего лишь на пару минут дольше, чем вы видели. Для большей наглядности.

Всё ещё кипя от негодования, она заняла одно из кресел. Девушка явно с трудом сдерживала ярость, хотя и остыла немного после первой вспышки и поняла всю бессмысленность драки с нематериальным противником. Всё ещё злясь, она перевела взгляд с Лерера на Фрая, уже поднявшегося после её не слишком деликатного обращения, и неожиданно смутилась. С одной стороны, она на него злилась, с другой – была благодарна, правда сама не могла решить за что: за прекращение представления раньше времени или слова о том, что она ему нравится такой, какая есть.

Поняв, что вопрос с Лилой решён, Лерер обратился к Фраю:

- А теперь, когда мы разобрались с формальностями, не расскажете, как вы смогли обойти эту иллюзию, и понять, что происходит?

- Не раньше, чем узнаю, почему это вдруг именно я, - даже в общем агрессивном тоне он выделил голосом последнее слово, - оказываюсь злым и жестоким в данной ситуации, а не вы?

- О, всё просто. – Лерер спокойно обошел невинно пострадавшее кресло и сел в него.  – Ваши действия, несмотря на все благородные побуждения, едва не привели к нервному срыву у вашей спутницы. Вы ведь должны были понять, что всё это не спектакль – попадая в свою мечту, вы действительно ощущаете себя другим человеком. Я уже упоминал, что не люблю работать с сознанием «на лету», я предпочитаю задать все стартовые условия и дать событиям развиваться самостоятельно. Потому ваша попытка найти пробелы в памяти была находчивой, но совершенно бесполезной – если можно создать полноценный массив информации, то зачем пренебрегать деталями? Я создаю полную картину мира, в том числе и  все воспоминания вплоть до момента запуска модели, или, что чаще – большую часть собственных воспоминаний и все необходимые коррективы и дополнения.

- Ты не можешь предусмотреть всего. Иначе бы и в этот раз она нашла, что мне ответить. Но раз я сумел избавиться от контроля, то и её вывести получилось бы, и тебе все карты спутать. – Закончил он с оттенком гордости в голосе.

- Я бы так не сказал. То есть, спутать карты удалось, а вот вывести её – нет. Взгляните на ситуацию с точки зрения миссис Фрай... о, прощу прощения, мисс Туранга. Она спокойно живёт, и вдруг её муж начинает удивляться элементарным вещам, вспоминать о каких-то незначительных событиях трёхлетней давности, настаивать на том, что всё происходящее нереально. И в попытках доказать это – задавать настолько неприятные вопросы. От иллюзий очень трудно и больно отказываться, уж можете мне поверить. И какой бы стресс и шок она пережила до этого – сложно сказать. Но должен вас похвалить, опорную точку вы выбрали идеально, действительно на несоответствии её прежнего и нынешнего к вам отношения, вы смогли бы добиться принятия нереальности происходящего. И субъективное мировосприятие возобладало бы над объективным.

- Чего?! – В полной растерянности переспросили его собеседники.

- О, простите, увлёкся. У каждого постоянно происходят конфликты с окружающей действительностью, и они традиционно разрешаются в пользу действительности. Но бывают случаи, когда правым считаешь себя, а не мир. В данном случае для вас, Лила, ваше чувство собственной гордости, и ваши отношения с ним оказались важнее, чем противоречащая им действительность. Хотя процесс психологической ломки был бы длительным. И именно поэтому, Филипп, я и хочу у вас узнать – как же поняли, что всё происходит не на самом деле?

- Не так и сложно. – Огрызнулся тот. – Плохой из тебя исполнитель желаний. Это всё было неправильно! Как ты и говорил – человек не может принять чужую мечту. Эта щенячья преданность, отсутствие даже намека на собственную гордость... Это было настолько неправильно, настолько не умещалось ни в какие рамки... Её милый, скромный и мирный образ из прошлой мечты – полная ерунда по сравнению с этим, я порой действительно думал, что Лиле неплохо бы стать чуть помилее, это не вызвало никакого неприятия. А сейчас... В общем, я понял, что это – не по-настоящему. И смог вспомнить всё: кто мы на самом деле, и как оказались здесь. – Он замолчал, потом добавил, угрюмо глядя на собеседника: - Урод, ты сам понял, что натворил?

- Более чем. – Лерер проигнорировал оскорбление. – Я всегда знаю, что делаю.

- Но тогда что это был за бред? Ты ведь сам говоришь, что тут есть куча... конфликтов с реальностью. Как это могут быть наши мечты, если мы оба сумели понять, что это абсурд? Я ведь никогда в жизни не мечтал стать каким-то там крутым бизнесменом и богатеем.

- Конечно. – Лерер согласился с ним, но отнюдь не уступил. – Это её мечта, а не ваша. А твоя мечта – как раз эта щенячья преданность. – Закончил Лерер жестко. – И, как видишь, она исполнилась. Если бы ты понял, что оказался внутри чужой мечты, я бы не задавал вопросов, но сейчас мечта была как раз твоя. Потому меня и интересует – как ты смог осознать ирреальность происходящего?

- Нет!

- Да. И от этого ещё хуже, не так ли? Если бы я, злой и нехороший, сочинил этот сюжет, тебе было бы просто неприятно оказаться в нём. Или отправь я тебя в чужую мечту. А осознавать, что это от начала и до конца твои желания – очень досадно, правда?

- Да что происходит? – Лила встала между ними. – Лерер, что вы творите?

- Я просто считаю, что человеку нужно быть честным с самим собой.

- Но ведь это, и правда, бред, ни он, ни я ни о чём подобном не мечтали, за себя я могу поручиться.

- Не клянитесь раньше времени, мисс Туранга. – Он предостерегающе поднял руку, а потом заговорил неожиданно менторским тоном. – Вообще, должен сказать, что обычно парный режим доставляет много лишних хлопот. Порой, приходится просто совмещать противоположные желания. Однако в этот раз ваши мечты идеально подошли одна к другой. Вы ведь всегда желали выйти замуж за человек, в полной мере достойного вас? Какого-нибудь сенатора или промышленника, богатого и известного человека. А ваш друг просто хотел, чтобы вы относились к нему лучше, были добрее, внимательнее, прощали ошибки, не придирались к промахам. Я увидел здесь отличную возможность и показал вам ваши мечты, только и всего.

Оба человека растерянно смотрели на него, первой смогла найти слова Лила:

- Да, я думала об этом, но Фрай прав – всё должно быть совсем не так. Откуда это всё взялось, откуда это раболепие и виляние хвостом в ответ на удар ногой?

- А вы думали, что будете женой такого человека просто за красивый глаз? – Лерер усмехнулся. – Наивно и опрометчиво. Если хотите получить такой статус, то ему придётся соответствовать. Смирять гордость, уступать, терпеть. Претенденток много, и если хотите удержаться рядом, то придётся постараться. Все выгоды этого положения даром не достаются, их надо отрабатывать.

- Но ведь не бывает только одного варианта, есть семьи, где и у таких людей бывает нормальная любовь, где к женщине не относятся как к вещи, к ещё одному предмету для статуса, не отличимому от крутой машины или престижной квартиры.

- Бывают. – Лерер кивнул. – Но не в случае, когда леди приходит на всё готовое и требует поклонения только на том основании, что она само совершенство. Чтобы стать женой генерала, нужно выйти за лейтенанта, доводилось слышать такую поговорку? Когда ты с ним с самого начала, всегда рядом, когда ты помогаешь ему, когда ты, действительно, незаменима – тогда можно говорить о любви, о преданности, об уважении. А когда именно успешность и финансовое положение служат залогом хорошего отношения к нему – что ж, тут ты добровольно принимаешь роль... «предмета статуса».

- Но ведь бывают исключения. – Лила ещё пыталась отбиваться.

- Неужели ты до сих пор веришь в сказки о золушках? – С иронией поинтересовался Лерер. – Что у тебя будет всё, сразу и даром, как только до тебя доберётся твой прекрасный принц? Это даже смешно.

- Я на самом деле так сильно любила его, или только притворялась? – спросила Лила тихо, уже сдавшись. – Эти слёзы, обида и растерянность – это были искренние чувства? Или просто хорошая актёрская игра?

- А мне-то откуда знать? Это тебе надо у себя спрашивать.

- Эй, а как быть со мной? – Спросил Фрай уже спокойней. – Неужели у меня тоже всего один вариант, и чтобы она относилась ко мне лучше, я должен стать вот таким богатым мерзавцем? Я хочу сказать, ведь можно сделать как-то иначе... Чтобы я поступил по-другому, чтобы она просто лучше ко мне относилась, а не становилась такой, что мне стыдно за неё и за себя.

- Уже торгуемся? – Спросил Лерер, повернув голову в его сторону. – Но желание было совершенно однозначным, и я его исполнил. Ты получил то, о чём мечтал. Неужели, результат тебе настолько не нравится?

- Конечно! – Фрай даже вскочил с места. – Пусть лучше она меня презирает, пинает и оскорбляет, чем я увижу, как она превратилась в подобное существо без гордости и собственной воли. Хорошо, хорошо, я признаю, что, возможно, действительно желал чего-то подобного. Я был полным идиотом, что когда-то даже задумывался об этом. И мне стыдно видеть, на что это похоже в реальности. К дьяволу мою мечту, если она будет так воплощена, я лучше забуду про неё, как про ночной кошмар. – Он снова сел, не заметив, что Лила очень внимательно смотрит на него.

- Прекрасно, вы определённо делаете успехи. И полагаю, мы можем продолжать дальше...

- Стоп-стоп-стоп… - Быстро произнесла Лила, приподнимаясь с места. – Может, всё-таки скажете – сколько всего «уровней» нас ждёт?

- Количество уровней? Я же вам говорил – это не игра. Я уже привёл вам достаточно аргументов - почему не собираюсь отпускать вас в ближайшее время. Так что, сами понимаете. – Он развёл руками.

- То есть, мы будем барахтаться из одной безумной мечты в другую до бесконечности? – Не поверил Фрай.

- Нет. К людям понятие «бесконечности» вообще трудно применимо. Да и кроме того – у меня есть задачи, которые нужно выполнять. Когда достигнуто понимание предмета, то в продолжение занятий нет необходимости. Но не раньше. А вам до этого ещё ой как далеко, несмотря на определённые надежды.

- «Знание предмета», да? Очень хорошо. – До этого напряженная и настороженная Лила вдруг расслабленно откинулась в кресле, закинув ногу на ногу. – А я, похоже, кое-что начинаю понимать. По крайней мере, до меня дошло, почему вы показались мне знакомым. Вы очень похожи на Мистера Стивенсона, нашего учителя математики в средней школе.

- Да нет же. – Возразил Фрай. – Он похож на мистера Аллена, тот вёл у нас литературу в старших классах.

- Вы что, воспользовались нашей памятью, чтобы подобрать себе внешность, при которой мы бы вам доверяли, ну или, по крайней мере, чтобы создать определённое впечатление? Но почему именно наши учителя?

- Потому что моя основная работа – учить. – Ответил Лерер. – Для этого я был создан, и этим я занимаюсь на протяжении всей жизни. А теперь мне кажется, что вы просто тяните время.

- Ну уж нет. Вот времени у нас не так и много. Еще осталась куча неотложных дел, знаете ли. – Сказала Лила с лёгким нажимом в голосе. – Я разгадала вашу игру, герр учитель, и хотя я, кажется, понимаю, чего вы добиваетесь, я не могу согласиться с вашими методами.

- Лила, а я что-то ничего не понял. – Почти жалобно переспросил Фрай. – Что всё это значит?

- Он говорит и ведёт себя как строгий учитель. Который требует по максимуму – он считает, что пусть лучше ученик будет знать больше, лучше будет знать лишнее, чем упустит нечто, что потом может пригодиться. Задаёт завышенный уровень, считает, что лучше напугать сейчас, но в реальной ситуации ученику будет легче. – Лерер одобрительно кивал, но никак это не комментировал. Лила говорила всё увереннее, разъясняя всё не только Фраю, но и самой себе. – Он всегда изображает наихудший вариант. Подыгрывает себе, желая доказать свою точку зрения. Его модели отнюдь не беспристрастны, он поворачивает всё в нужную себе сторону. – Видя, что в глазах друга вновь возникает недоумение, она привела пример: Вот самый первый случай. Он дал тебе оружие, но сделал полным неумехой. А ведь, стань ты в реальности кем-то подобным, ты бы, наверное, был вынужден научиться владеть им, прежде чем тебя выпустили бы на такую операцию. Я это поняла уже позднее.  А значит, игра не была честной до конца. И я, может быть, вполне могу учить, а не превращусь в бездушного киборга, убивающего ради избавления от скуки. Ты, найдя нормальную работу, не стал бы черствым уродом, а я, если бы родилась в обычной семье, не превратилась бы в домашнюю пай-девочку. Не так ли, мистер Лерер?

- Я оставляю это вашим догадкам. Хотя я бы не советовал валить всё только на меня. Если я где-то и сгустил краски, то совсем немного. Но признавая ваши способности к логике я, тем не менее, продолжу свою работу.

- Не выйдет. – Быстро произнесла Лила. – Если я вцепилась, я ведь не отстану. Ваша работа – учить. Если научить больше нечему, то и в работе нет смысла. Не так ли?

-  Я уже говорил, что ценю ваши логические способности. Но этого недостаточно для завершения вашей учёбы.

- А если я вам докажу, что ваша работа закончена? – С азартом спросила она, уже полностью встав из кресла.

- Что ж, это было бы интересно. – Согласился Лерер.

- Рассмотрим на примерах. – Девушка неожиданно взяла менторский тон, словно издеваясь над Лерером. – Первая и третья мечта Фрая, вторая моя. Их все объединяет одно, они несбыточны и недостижимы.

- Эй, это почему еще? – Возмутился тот, о ком говорили. – Ничего подобного.

- Фрай, будь серьёзней. Мы оба знаем, что профессор все свои деньги тратит на безумные опыты, каких-то баснословных сумм у него нет, а значит – нет потенциала для начала своего дела. Что касается другого случая, - тут она сменила тон, пытаясь говорить мягче, чтобы не обидеть, - то есть такие понятия, как предрасположенность, общие физические возможности и тому подобное. Ты можешь кое-чему научиться, но стать настоящим бойцом и получить подобное место – это не твоё. – Потом она вновь обратилась к Лереру. – Думаю, со мной и так всё очевидно – ту мечту не исполнишь со всеми чудесами медицины, ведь я уже родилась и уже повзрослела. И когда видишь исполнение такой мечты, то испытываешь сожаление. Потому что понимаешь, что на самом деле этого никогда не достигнуть, и ты зря тратил время, надеясь на мираж.

- Любопытно. – По голосу нельзя было определить, что Лерер думает о её словах. – Но мне недостаточно только вашего ответа.

Увидев, что Лила с надеждой смотрит на него, Фрай сумел преодолеть растерянность и начал отвечать, что-то посчитав в уме.

- Значит, осталось еще три. Моя вторая мечта, первая и четвёртая, то есть – третья, у Лилы. Что между ними общего... общего... Точно, все они – о чём-то реальном, о довольно близком. Я, если бы решился, смог бы найти другую работу и чего-то там добиться. Лила сможет стать таким супер-бойцом, и она могла бы... если бы хотела... – он заговорил тише, тема явно была ему неприятна, - стать женой такого известного или богатого придурка, если бы уступала ему. – Он вновь обрёл уверенный тон. – Но всё это тоже неправильно. Потому что это не мечта, а обычные планы. Ты решаешься, осуществляешь их – и всё. Результат есть, а мечты нет. И дальше двигаться некуда. Да и результат будет не настолько хорош, как предполагалось.

- Что ж теперь, вообще не мечтать? – Спросил Лерер с интересом.

- Нет. – Фрай помотал головой, украдкой поглядывая на Лилу и пытаясь уловить, не даст ли она знак изменить ответ.

- Это было бы слишком простым решением. – Девушка поддержала его. Однако она задумалась на несколько секунд. Она импровизировала, и, несмотря на кажущуюся уверенность, ответ ещё не был готов. – Человек не может не мечтать. Просто нужно правильно выбрать цель...

- Чуть дальше, чем сможешь достать. – Выпалил Фрай, пытаясь ей помочь.

- Точно. – Лила благодарно кивнула. – Нужно выбирать цель сразу за горизонтом – так что не достигнешь её. Но сможешь вплотную приблизиться к ней. Так ты не будешь бесплодным мечтателем, только строящим воздушные замки, но и станешь действовать, чтобы добиться своего. Но при этом, мечты останутся с тобой, и каждый раз, добившись результата, ты будешь знать, что ещё не добрался до конечной цели, а только получил промежуточный итог. А значит, еще есть, куда расти. И уже с этим результатом можно всё переоценить, выбрав иную цель, или выше подняв планку для старой. – Она выдохлась, с надеждой посмотрела на Фрая, но тому было нечего добавить к сказанному.

- Замечательно. Должен признать, что вы правы. Моя работа здесь действительно закончена. Намного лучше многих моих прежних учеников, им обычно хватало вывода, что мечтать вообще ни о чём нельзя. И я был вынужден это принимать, пусть и оценивая на «четыре». Зря я это делал настолько часто, как теперь понимаю. Но, тем не менее, я не могу позволить вам уйти. Предполагалось, что получение нужных выводов займёт у вас достаточно времени, чтобы я мог без опаски выпустить вас. Но и как объект тестирования я вас тоже использовать уже не могу. Самым простым вариантом было бы ваше мгновенное исчезновение, однако я уважаю право на свободу выбора. То есть, в реальной Вселенной вас уже нет, как и шансов туда вернуться. Но для вас здесь ещё существует выбор. Три варианта. – Лерер принялся загибать пальцы. – Вариант номер один: если вам претит сама мысль о каком-то соглашении со мной, то я могу устроить достойный финал. Битва без шансов на победу, и я даже готов вернуть вам те способности, о которых вы мечтали. Вариант номер два – вы можете попасть каждый в свою самую заветную мечту и жить там. Я не буду ничего изменять, более того – сглажу острые углы, чтобы ничего не мешало. И вариант номер три – вы будете продолжать свою жизнь с того момента, как покинули Планету Мечты. Всё так, как и должно быть, но только – не во внешнем мире, а здесь. Само собой, что каждый решает за себя.

- Да, но ведь как машина ты сначала должен заботиться о нашей безопасности и только потом – о своей. – Возразил Фрай.

- Юноша, я начал свою работу задолго до того как родились вы, родился Азимов, и задолго до того, как ваши далёкие предки выбрались на сушу из океана. – При этом замечании Лила широко раскрыла глаз, видимо быстро произведя в уме подсчёты. – Так что, Три закона на меня не распространяются. С другой стороны, если принимать во внимание нулевой закон, то вред от вашего исчезновения человечеству будет нанесён куда меньший, чем от обнародования истинной информации обо мне. Повторяю, во внешнем мире вас уже нет, остаётся только выбрать, что будет с вами здесь.

- То есть, с точки зрения мира я – пропала без вести? – Переспросила Лила. – С точки зрения моих друзей, моих родителей. Однако с точки зрения вашей реальности – я продолжаю жить. И здесь вновь есть мои родители и друзья. Но я буду знать, что это – копии в вашей иллюзии, что они - ненастоящие.

- Вы как всегда точны. Но стоит сказать, что об этом вы будете помнить ровно до того момента, как примете решение, или я, устав ждать, приму его за вас.

Молчание затягивалось. Лерер не торопил, люди не спешили с выбором. Потом Фрай вдруг произнёс, пусть и не очень уверенно:

- Мистер Аллен говорил нам, что задача учителя – дать ученику всё, что он может, чтобы тот мог двигаться дальше...

- Именно так! – Благодарно улыбнувшись Фраю за столь своевременную помощь, Лила наставила палец на Лерера. – Учитель готовит своих учеников для своей замены или для продолжения пути, а не чтобы закатать в формалин или посадить в вольер и любоваться на свою работу. Заменить вас мы не можем, да и необходимости в том нет. Но вы не оставляете нам шанса на продолжение нашего пути. А значит, ваша работа пропала в пустую, ведь мы не сумеем применить полученные знания.

Теперь замолчал уже Лерер. На его лице не отражалось эмоций, но что можно прочесть по лицу фантома, если он того не хочет? Наконец, он, кивнув им, медленно произнёс:

- Попался. Признаю. Этические клещи – с одной стороны, мои императивы о выживании, с другой – моя профессия учителя. Суммарно они друг друга уравновешивают, и решение остаётся на моё усмотрение. Но скажите мне, а вы не боитесь? Ведь выбравшись отсюда, вы каждую минуту будете помнить, что всё окружающее вас может быть нереальным. В негативных, или просто неожиданных поворотах в вашей жизни вы будете видеть мою волю. И однажды, может статься, бвы поведёте себя, как мистер Фрай в недавнем эпизоде. Вот только я не появлюсь, чтобы разрешить ситуацию, потому что это уже будет реальность. Более того, я не появился бы, даже будь это моя симуляция вашей дальнейшей жизни.

- Меня это устраивает, – первым, непривычно серьёзно, отозвался Фрай. Потом добавил уже с обычной улыбкой: Я не привык подолгу задумываться, и обвинять других в своих проблемах. Мне всё нравится. Впрочем, Если Лила выберет другой вариант, то я хотел бы к ней присоединиться. Меня всё равно никто не ждёт.

- Мне тоже нравится этот вариант. – Лила подошла к другу, взяла его за руку. – Это будет непросто, но после всего, что я тут узнала – я сумею с этим жить. Меня это устраивает.

- Но я до сих пор не решил – устраивает ли это меня?

Эпилог: Рай, которого нет.

Они на полной скорости шли к Земле. Вновь вернувшись на станцию и быстро разобравшись со всеми формальностями, команда предпочла как можно быстрее покинуть систему и отправится домой. Бендеру такая спешка была не очень понятна, но, поняв, что второго сеанса воплощения желаний не будет, а украсть на станции толком нечего – поддержал остальных. Время по корабельным часам, синхронизированным с ново-нью-йоркским поясом, было уже позднее, потому Лила отправила Фрая и Бендера спать, а сама осталась в рубке. До посадки её вмешательства в работу автопилота не требовалось, но она хотела надиктовать отчет для судового журнала, пока ещё не забылись все подробности.

- ...Отбытие с научной станции «Солярис» произошло с задержкой на пятнадцать минут. Причина: объяснения с научным коллективом. Во время посещения планеты экипажем приборы научной экспедиции зафиксировали значения, отличные от стандартных. Причина ученых не интересовала, поскольку именно в это время они провели тестовый запуск доставленной нами установки и однозначно списали необычные показатели на её действие. Им были нужны только описания увиденного нами на планете, поскольку они предполагали возможность контакта. Основную часть беседы с нашей стороны вёл помощник курьера Бендер Родригес. Результатами разговора учёные были разочарованы, поскольку данный случай ничем не отличается от всех предыдущих. – Лила перевела дыхание. – Капитан Туранга, 2:34, семнадцатое апреля три тысячи четвёртого по Мировому времени. Конец записи, закрыть журнал.

- Запись «Планета мечты» добавлена. – Отозвался бортовой компьютер. – Желаете присвоить ей номер или индекс?

- Нет. – Лила поднялась из кресла и подошла к иллюминатору. Многие планеты их команда посещала многократно, и, чтобы не путаться потом в записях, она традиционно присваивала им номера. – Данный рейс останется единственным в эту систему. Закрыть журнал. – Приказала она. Потом, несколько секунд подумав, приказала: Компьютер, воспроизведи композицию, которая играла во время нашего прибытия на станцию. Ты же успел скопировать её из их внутренней сети?

- Так точно. Воспроизвести через все устройства корабля, для всего экипажа?

- Нет, только рубка, в половину громкости.

- Исполняю.

Она слушала молча, пока песня не дошла до запомнившихся ей строк:

Свет, пыль и квазары,

И радиовсплески далёких планет.

Ищут радары

Рай, которого нет...

- Стоп. – Скомандовала она, потом добавила, рассматривая звёзды: «Рай, которого нет...» - Лила прошла по рубке и вновь заняла своё место, сказав: Компьютер, открыть раздел личных файлов, дневник капитана, новая запись.

- Допуск подтверждён. Создана новая запись.

Обычно Лила вела свой дневник старым способом, просто делая записи от руки. Но сейчас ей хотелось поговорить, потому она предпочла куда реже используемый аудиодневник. Немного помолчав, она произнесла:

- Этой информации не будет в отчетах. Официально, мы просто совершили обычную доставку и после прогулялись по планете. А на самом деле... На самом деле всё не так просто. Так называемая Планета мечты оказалась своего рода экзаменационным классом для какой-то древней расы. И мы тоже попали на экзамен. У меня нет точной уверенности, почему это произошло но, основываясь на всём увиденном, а также на запрете посещать эту планету несовершеннолетними, я могу строить предположения. Вероятно, Лерер, представляющий эту планету, никогда не прекращал свои тестирования, что для неподготовленных детей, было огромным шоком, если они вовсе не пропадали без вести. После запрета Лереру приходилось только развлекать туристов, и он, похоже, искал способ развеять свою скуку. Наверное, для него важнее не реальный возраст, а психология, и потому он счёл Фрая подростком. Меня он прихватил только из-за включения «парного режима». Хотя, может... Да нет, ерунда. Если я, по его мнению, ребёнок, а Эми – взрослая, то, черт, я ничего не понимаю в этом отборе...

В общем, он показал нам наши мечты, пусть и искажая их раз за разом, чтобы заставить от них отказаться. До сих пор не могу сказать – в реальности всё это происходило, или это какая-то имитация, вроде виртуальной игры. Всё было как настоящее, я помню все подробности. Кислый запах пороха, сладкий вкус кофе, тёплая кровь на моих руках... Бр-р-р, это лучше и не вспоминать. В общем, если всё это – не на самом деле, то что тогда вообще реально?

С иллюзиями Лерера мы сумели разобраться. Но тут встал другой вопрос – вернувшись в мир, мы сможем раскрыть его тайну. А значит, лучше нас не выпускать подольше, или вовсе оставить там навсегда. Конечно, я понимаю, что если рассказать ученым об истинной сущности Планеты Мечты, то это принесёт куда больше вреда, чем пользы. Люди не остановятся, пока или не получат эту технологию в свои руки, или не уничтожат весь его мир, чтобы тот никому не достался. Но при всей важности, я не собираюсь жертвовать своей жизнью там, где достаточно просто хранить молчание. Впрочем, хотя тогда угроза была совершенно реальной, сейчас я думаю, что это мог быть просто блеф. Лерер ничего не стоило просто форсировать ситуацию, подтолкнув нас к поиску выхода и правильных ответов. А может и нет, может я просто не хочу признавать, что едва не попалась, что едва не осталась там навсегда.

Однако мы сумели уговорить Лерера отпустить нас. По крайней мере, на это хочется надеяться. Он был прав, дилемма не имеет решения. Если можно внести изменения в память, составить её заново за одно мгновенье, то мне никогда не доказать, что всё на самом деле было так, как я это помню. С другой стороны – для меня это уже непринципиально, ведь выбор был сделан, и о том, каким он был мне никогда не узнать. Потому теперь всё определяется только моим мнением. Ладно, заканчиваю с этим, так не долго и рехнуться... Просто, я не Фрай, я не умею так просто забывать о том, что мне мешает жить.

Кстати, Фрай... Сегодня я была сильно удивлена его поведением. Например, он смог распознать иллюзию там, где я ничего не поняла, и более того, иллюзию, касающуюся меня. Как он смог это сделать? Не знаю, могу лишь предполагать. Как ни стыдно об этом думать, но я всё же оценивала такую перспективу, хотя бы про себя, подсознательно: чтобы стать женой богатого и известного человека, нужно превратиться в комнатную собачку. Я думала об этом, но каждый раз, отвергнув эту мысль, двигалась дальше. А Фрай, похоже, даже не может представить меня в этой роли, и потому моё превращение ударило его так сильно. Он принял меня бойцом запредельного уровня, принял неуклюжей скромницей, а вот здесь – не смог. Это странно... Я не знаю человека, который бы скорее поверил в то, что свихнулся весь мир, чем в то, что я стала такой, причём – ради него. Честно сказать, я и о Фрае так не думала, но стоит признать - похоже, я ошиблась.

Да и потом, когда мы выбивали у Лерера своё право на жизнь в реальности. Он хорошо подыгрывал мне, приходя на помощь в нужный момент. А один раз, можно сказать, спас нас – я бы сама додумалась до нужного ответа, но стал бы Лерер ждать меня? А может, вообще и не пришло бы в голову... Хотя это, конечно, едва ли. В общем, он вмешивался в нужное время и в нужном месте, даже без моей команды. Хотя, я почему-то не так сильно и удивлена. Ведь, если подумать, то в последнее время у нас нередко удавались такие слаженные действия и понимание без лишних объяснений. Время от времени, последние полгода, пожалуй, такое случается, и не так уж и редко. Просто – по мелочам. А сегодня это проявилось ярко, только и всего.

Конечно, мы с ним давно знакомы, но ведь, с другой стороны – четыре года не столь и долгий срок. Что я хочу всем этим сказать? А, сама не знаю... Может, стоит давать ему больше шансов проявить себя, больше шансов мне помочь? Или просто, чаще быть рядом, ведь приятно поговорить с человеком, который, пусть и не всегда, но порой понимает с полуслова. Но что неприятно, в голове постоянно крутится, что это может быть и совсем не моя мысль. Просто ещё одна игра, навязанная Лерером. Хотя, чёрта с два! Уж если он чему-то и научил, так это признавать свои желания. Мои это мысли, а не чужие, самые, что ни на есть мои. Конечно, это не значит, что, едва увидев Фрая, я ему теперь на шею брошусь... Ха-ха, конечно нет. Просто мне интересно посмотреть – как же всё будет развиваться дальше.

Ладно, на этом всё. Мне безразлично, смог ли Лерер что-то доказать нам, или нет, но я надеюсь, что всё же сама смогла что-то понять. Так или иначе, послезавтра я вместо работы и плановой тренировки иду в гости к родителям, и мне наплевать, если кто-то считает, что я не смогу уйти со службы. Зачем я это делаю? Этого я тоже не знаю, может, просто хочу извиниться перед ними, а может, просто так зайти в гости, а не раз в месяц, как на исполнение какой-то повинности. Фрая я возьму с собой. Но, я думаю, так будет правильней. Конечно, у них с Бендером на этот день намечен традиционный рейд по барам, но я надеюсь, что и он тоже смог что-то понять из всего произошедшего, да и просто – мне не показалось, что в последнее время он стал немного лучше. Если это так, мне кажется, он согласится. Если нет, что ж, жаль, но это не в первый раз.

Но это уж точно не имеет никакого отношения к делу. Хватит на сегодня. Дневник Лилы, семнадцатое апреля четвёртого года. Закончить запись.



К списку всех фанфиков


Наверх
Все эпизоды онлайн Скачать все эпизоды Комиксы Субтитры Русские аудио дорожки Музыка из серий Удалённые сцены Видеобонусы с DVD Видеоигра Футурама Оригинальные обои Темы для рабочего стола Музыка (MIDI) Скринсэйверы Серии в скриншотах HD скриншоты Настенные календари Скины для WinAmp`a Песни Кэти Сигал
Генолаборатория Угадай цитату Leela`s Birthclock Для мобильника Кроссворды Шуточный фан-тест Серьёзный фан-тест
Неприятности, как они есть
Кое-что о сферонском синдроме
Brannigan the Best
И ГРУСТНО, И ГНУСНО
Там, где рождается дождь
Pawell
Mass Effect - вселенная игр серииЗапчасти для автомобилейFuturama-FranceFuturama-MadhouseWork More - Работай Больше!The Futurama PointThe Infosphere: A Futurama WikiСимпсоны в РоссииРекламное агентство РеверонНезависимый Форум о Симпсонах и ФутурамеИНФОСФЕРАFuturamer.ruАмериканский Папаша Онлайн - весь сериал American Dad!Futurama-Area.DECan't Get Enought Futurama




Яндекс.Метрика
службы мониторинга серверов Firefox Download Button количество читателей онлайн и всего

Разработка и поддержка: Pawell

Ключевые слова: футурама, futurama, Фрай, Лила, Бендер, Зойдберг, комиксы, музыка, обои, футурама онлайн, futurama, Fry, Leela, Bender, Zoidberg, смотреть футураму, туранга лила, филипп фрай, бендер родригез, мэтт гроунинг, futurama DVD, matt groening, david cohen, XX fox

Страница сгенерирована за 0.432994 секунд